я в субботу направила её к тебе. Ты у меня на хорошем счету, она правильная девушка. Таким людям, как вы нужно помогать.
Я сидел не зная, что ей ответить. Анастасия помолчала, и решила продолжить:
— Стас, Наталья тебе рассказала, где и кем она работает?
— Нет, я спросил, она ушла с темы...
Анастасия подняла руки руки вверх ладонями и закатила вверх глаза:
— Короче, крёстная, выручай!! Хорошо, держись руками за стул — Наталья старший лейтенант в следственном отделе нашего ГОВД...
Совет держаться за стул не был преувеличением — у меня начала отвисать челюсть. А Анастасия, наоборот, растянулась в примирительной улыбке:
— Да не дрейфи ты! Аналитик и следачка могут быть хорошей парой. Если будет обижать, приходи ко мне, я разведу вам педали. Стас, Наталья хорошая девушка... А теперь иди работай...
Ну, и каким должно было быть моё состояние?!! Я законопослушный гражданин, но от ментов всегда держался на расстоянии. В моей голове появился образ пыточного подвала, и там чекистка Наталья в форме пытает молодого пацана. И, как с такой девушкой жить? Да у меня на неё не встанет!!!
Часов в шесть вечера, я всё же решился на звонок Наталье. Она взяла трубку и заговорила быстро:
— Привет Стас! Извини я сегодня вечером занята, давай созвонимся и встретимся завтра. Нам нужно поговорить. Извини...
Она сбросила звонок. В моей голове опять тот пыточный подвал с чекисткой.
На следующий день Наталья сама перезвонила мне и мы встретились. Опять на лавочке бульвара. Наталья ещё вчера знала, что Анастасия мне слила инфу о месте службы своей крестницы. Разговаривать со мною по телефону не могла потому, что это был день её дежурства, и у неё был «приём клиентов».
Девушка смотрела в мои глаза, как мне показалось с тревогой и надеждой. Она явно ждала моего решения. А я был на распутье:
— Хорошо, Наташа, давай попробуем выйти из затруднения. Хотя мы только начали наше знакомство, но ты мне нравишься. Нравишься такой, какая ты сейчас. Но эта твоя должность следователя меня напрягает. Понимаешь, ты здесь приятная и милая, но там у себя в кабинете, ты ведь другая? Я тебя ту не видел, но уже боюсь. Если, предположим, мы сблизимся, и возможно, поженимся. Это же жизнь, мы наверное иногда будем ругаться, ты вынешь из сумочки револьвер и пристрелишь меня?
Она захихикала и приятно улыбнулась мне:
— Стас, что ты такое говоришь, где ты этого нахватался. У большинства полицейских браки с гражданскими. Все как-то живут, даже, если ссорятся. Револьвера у меня нет, есть табельный пистолет. Мне его выдают только, когда я выезжаю на задержание. Это бывает крайне редко. Стас не шарахайся от меня, я вменяемая. Нас регулярно проверяет психолог. У нас есть правило для сотрудников - «вышел из кабинета, оставь работу в сейфе». Знаешь, и мне приятно, что ты серьёзно воспринимаешь наши отношения.
Я ей поверил, мы ещё повстречались с месяц, я переехал жить к ней, а потом мы расписались. Она мне не соврала — я не видел ни разу лицо той чекистки-садистки из моих фантазий. Мы хорошо ладили, из-за домашних обязанностей не спорили — она хозяйка в квартире, а я ей во всём помогаю. Наши доходы мы тоже научились тратить по уму и согласованию.
В нашу первую ночь любви, Наталья рассказала, что у неё я буду третьим. Те двое ей не понравились. Они вели себя, как «орангутанги» (это её слова). А она не любит, что бы её «долбили» (опять её слово). Наташа попросила меня быть внимательным и нежным с нею. Меня это устроило. Мы экспериментируем в постели и
Доктор Жозеф