что удивительно, между нами не пробегала ни одна хорошая или плохая собака. Всегда было ровно и бывало не раз, что плечо друга выручало из разных ситуаций. Да и как мужчину для себя я его никогда не рассматривала. Ну не было такого. Даже в самых мокрых фантазиях. Мы стояли в парах, иногда пробивали друг другу и очень жестко, Димон был первым, из тех, кто ломал мне нос. Я сломала ему его через неделю. Но вот в качестве... ну, понятно в каком, я про него даже не думала. Хотя мы помогали друг другу с растяжкой, а это - понятное дело, лапать друг друга за очень иратишные места... но, тем не менее, никаких ассоциаций, кроме, как к брату, я к нему никогда не испытывала. Потом, постарше, он прятал у меня в квартире свой арсенал... а там было изделий на хороший стрелковый взвод, потом он уселся на полгода в тюрьму и из всех его друзей я была единственной, кроме его мамы, кто ездил к нему на свиданья. Я вывозила его раненого с какой то бандитской стрелки из другого города на своей машине, а по кустам вдоль дороги, как потом мы узнали, сидели в засадах те братки, с которыми он встречался и что то там они не поделили. Мы вместе ездили в столицу. Где тоже набедокурили основательно. Потому что доверял он только мне, а я так и не смогла сказать ему, кто я на самом деле. Хотя, мне кажется, что он догадывался, но молчал, ожидая, наверное, что я сама ему расскажу. А я боялась, что мои откровения не будут поняты и мы расстанемся. Как брат и сестра. Потом он пропал. И никто до сих пор не знает, куда он пропал. Димон, я всегда буду тебя помнить!
Ну а сегодня, вернее тогда, мы под конкретным шафэ стояли за кулисами театра оперы и балета города Риги и ждали спектакля. Потом прискакали наши новые друганы, подруги и мой Вовка и потащили на на сцену, где они стали разминаться, а Димон и я пялиться... каждый на свой предмет вожделения. Димон на всех девчонок, я - на Вовку. Краем глаза я замечал, что Димон немного в ступоре от моих взглядов, но, видимо, относил это всё к выпитой водке. Потом мы встали за кулисами, а ребята приготовились к танцам. И тут... Димон показательно достал из куртки бутылку водки, маленькую стопку и предъявил всем заинтересованным в продолжении банкета, объявив, что он вот вместе с водкой будет вот тут вот, а все желающие между танцами могут к нему присоединиться для возлияния... Бутылка была литровая, а стопка грамм на пятьдесят, да еще Димон не доливал, за что был объявлен королем недолива за кулисами. До сих пор не понимаю, как мы не сорвали спектакль, потому что в перерыве к нам потянулись даже из оркестровой ямы. Когда закончилась эта вакханалия, то водки уже не оставалось совсем, даже еще одна пол-литровая про запас. Из национального театра оперы и балета Латвии мы выползали в обнимку с оркестром, часть которого решила продолжить вечеринку совместно. Потом, через какое- то время многие признавались, что это были лучшие гастроли и гастрольный коллектив в их жизни. Мы пили практически на каждой улице старого города Риги и по несколько раз на каждой площади. Народ к нам присоединялся, отсоединялся, у нас уже давно установился определенный костяк - четыре музыканта, пять балетных и два спортсмена. Остальной народ то организовывал кучу, то оставлял нас одних. В отель мы
Юные желания