1980 год, го олимпиады, иностранцев хоть жопой ешь, в нашей женской общаге девки просто здурели, таскали иностранцев к себе в комгаты. Там были все представители народностей, но брльше всего там было эфиопов. Они все как на подбор, до двух метров и синющие, нет не в том плане что пьяные, а кожа у них отливала сине— фиолетовым цветом. Девчтонки говорили что члены у них по пол метра. Приувелечение явное, но то что члены были большие совершенная правда.
. В этот год я познакомился с будующей женой, девочка была не большого роста, с русой косой, этакая русская красота. Прошло пол года прежде чем мы заговорили о свадьбе, но что бы узаконить наши отношения, я должен познакомиться с ее родителями. В назначенный день мы с Ольгой на электричке добрались до ее поселка.
. Поселок как поселок, похож на другие, тогда все было одинаковое. Добрались мы до ее дома и нас уже ждали. Мать Ольги и Ольга были как блезняшки, похожи друг на друга, а вот отец ее это было что то! Высокий с сединой, косая сажень в плечах, ручищи подковы гнуть, но что то было в нем, еле заметное, а именно какая то женственность. Говорил он всегда уменьшительно — ласкательно, ложечка, огурчик, водочка, закусочка, женишок и все в таком виде.
Познакомился я с ними и нас пригласили за стол. В районе конечно не то что в городе, любили с размахом накрывать столы, а стол ломился от еды, просто скатерть—самобранка.
. Отец Ольги как и пологается хозяину разлил самогон по стаканам, рюмок в эиой семье небыло. Нет конечно были, но хрустальные, они стояли в серванте как остальной хрусталь, покозатель достатка. Выпив и закусив меня подвергли допросу, что, где, как, какие намеринья на счет Ольги и тому подрбное. Удовлетворив своих будующих родственников своими ответами, мы продолжили застолье, которое закончилось за полночь. Все разбрелись по комнатам, а мне постелили в зале на диване.
Проснулся я от петушинного кукареканья. Вот думаю сволочь, спать не дает, орет и орет как будто свечку в жопу вставили. Начали просыпаться остальные в доме, шныряя по комнатам. Ольга появилась в дверях, потом запрыгнула на диван, прцеловала меня и сказала; — вставай, умывайся, после завтрака поедем на дальнюю заимку, папа пригласил нас.
Что это за заимка, что нас там ждет, хрен его знает, мне бы в город лучше вернуться, но делать нечего, сразу отказываться нельзя. И вот я, Ольга, ее мать и отец, катим на 21й волге хрен знает куда. Кругом лес, вековые сосны, чем дальше, тем гуще становился лес, сколько ехали не понять, лес, лес, лес и вот она, достопремечательность, зимка. Довольно большая, справная изба, рядом стоги сена, отдельный домик в стороне, как оказалась банька. Разгрузив продукты, отец Ольги вызвался провести экскурсию по окресностям. Он показал, а вернее похвастался банькой, которую своими руками поставил, сарай, не сарай а целая мастерская, чего там только небыло. Расхаживая и показывая по сторонам, он рассказа где и какие хвери водятся, показал где лесное озеро.
— А сейчас зятек, пойдем ка рыбку на обед поймаем, у нас здесь хорошая щука волится, да и судак попадается.
. Взяв сети мы пошли к озеру, на берегу стояла лодка, наверное до революционных времен, латаная, пере латаная. Спустив лодку на воду отцец Ольги забрался в нее и поплыл ставить сети. Я же расположился на берегу наблюдать. Через часа два стало жарко, я разделся до плавок и искупавшись лег загорать. Через некоторое время я услышал голос; — эй, зятек, встречай
Ударница.