— Хороший пёсик, — шептала она, ее голос был полон презрения. — Ты создан для этого, лошара. Мужчины смотрели, ухмыляясь, и Влад плюнул ему на спину, добавив: — Жалкий куколд. Когда Влад и Максим ушли, Марина поднялась, ее глаза горели торжеством. Она дернула поводок, заставив его встать на колени. — Ты никто, — сказала она холодно. — Но ты мой. А теперь поцелуй мои ноги и благодари, что я позволяю тебе быть рядом. Он послушно наклонился, целуя ее сапоги, и пробормотал: — Спасибо, Марин. Она улыбнулась, потрепав его по голове, как собаку. — Хороший мальчик. Завтра найдешь мне еще одного. Или лучше троих. Они легли спать. В глубине души Макс был не рад возобновлению игр, но он был готов на все ради счастья его жены.
Обмыли