что ему поступило предложение от зарубежной студии организовать самостоятельные съёмки видеофильмов. Типа студенческие вечеринки. Его снабдят оборудованием, видеокамерой и светом. За каждый фильм будут платить от одной до двух тысячи долларов.
– Ведь классно? Мы будем получать удовольствие, а за это нам ещё и денежку заплатят! – закончил Андрей.
– И сколько каждый будем получать? – спросила Лиза.
– Ну... примерно от двухсот до трёхсот долларов за съёмку каждому.
Я в душе сразу согласилась, деньги, которые я получила за съёмки у Пьера, быстро заканчивались. Никто из нас не возражал.
– Сегодня мне передадут оборудование, и завтра тут опробуем! – сказал Андрей. Ему надо было идти, встречаться с представителем студии. Но Костя остался...
Следующим вечером Андрей и Костя втащили в нашу комнату два больших баула. Инна уже ждала их у нас. Ребята разобрали сумку, поставили три треноги, на двух установили лампы с отражателями, на третью кронштейн для видеокамеры. Видеокамера была не такая навороченная, как у Пьера, но Андрей сказал, что она тоже профессиональная. Мы поочереди поучились пользоваться камерой, поснимали друг дружку, кривляясь в объектив.
– Значит, есть несколько вариантов таких съёмок. Первый вариант один из нас снимает и не участвует, второй участвуют все, по очереди снимают, передавая камеру друг другу. И третий, самый простой, камера устанавливается на штатив, и камера снимает общим планом. Как Пьер, когда снимает себя в кастинге – стал разъяснять Андрей.
– Давайте второй, хочу снимать и сниматься! – вырвалось у меня.
– Давайте! – поддержал меня он.
Андрей, как самый опытный, взял на себя роль режиссера и сценариста.
– Не будем заморачиваться с сюжетами, будем снимать то, что у нас происходит. Мы получили камеру и делаем первую нашу съёмку – развивал тему Андрей.
Все согласились. Костя достал принесённую бутылку с его любимым виски и разлил по стаканам. Пригубив обжигающий напиток, поочереди сходили в душ. Я, Инна, Лиза были укутаны в повязанные под подмышками банными полотенцами, а ребята повязали их на талии.
– Ну, что, начнём! – сказал Андрей, включил и настроил свет с отражателями, взяв руки камеру.
– Мы сегодня впервые снимаем порнуху! Девушки, вы готовы? – произнося фразу, направил на нас объектив камеры.
– Да, готова! – улыбнулась, смотря в камеру, сказала Лиза. Андрей направил объектив на меня.
– Я тоже! – улыбнулась я, прищурившись, ещё не привыкнув к яркому свету, чувствуя, как от ожидания происходящего, у меня всё внутри распылялось.
– Готова! – повторила за нами Инна.
– А теперь отойдите к стенке и постарайтесь по эротичней скинуть с себя полотенца и показать себя.
Наши полотенца полетели на тумбочку, и демонстрация началась. Одна за другой мы крутились перед сидящим на тахте с камерой Андреем, не спеша, вертелись перед ним и возвращались на исходную.
Показ первой сцены закончился. Мы, выстроившись рядком, ждали указаний оператора, который крутил камерой снимая наши обнаженные тела. Андрей встал, крутя кольцо объектива, снимал, то крупным, то общим планом нашу соблазнительную, упругую, украшенную остренькими сосочками красоту, гладкие, симпатичные попки, аккуратно выровненные треугольники волос, указывающие точно промеж, безупречной формы ножек, подводя объектив к нашим кисками.
– Повернитесь и упритесь руками в стенку. Попки оттопырьте и покрутите ими! – управлял съёмкой Андрей.
Мы медленно стали поворачиваться перед ним, давая ему снимать нас со всех сторон. Закончив оборот, мы соблазнительно стали вращать своими круглыми попками.
– Костя, твоя очередь! – Андрей перевел камеру в сторону друга.
Костя скинул с себя полотенце. Его член был уже в боевом состоянии. Он подошёл к нашим спинам и присел перед нашими оттопыренными попками. Его руки стали поглаживать наши ягодицы, касаясь наших кисок. Потом он
просто друзья