страпонами. Хуже всего была мама. Иногда она возвращалась домой с свидания пьяная и злая. Если мужчина, с которым она была в тот вечер, не мог удовлетворить её, она становилась ещё более возбуждённой и злой — и обычно вымещала это на мне.
Я отчётливо помню один вечер, когда она пришла домой с танцев. Несмотря на то, что гуляла до трёх ночи, она так и не получила член, а значит, её киска была похожа на голодного мокрого монстра. Она пнула дверь моей комнаты, вошла, полностью голая, и сосала «Джерома». Джером был её любимым дилдо. Это был твёрдый, тяжёлый кусок резины длиной в два фута, по форме напоминающий два гигантских чёрных члена, направленных в противоположные стороны. Это был один из тех «двойных дилдо».
Мама срывала все простыни с кровати, обнажая моё голое тело, затем забиралась на меня и шептала на ухо:
— Пригнись, раздвинь булки и дай мне добраться до этой мальчиковой киски.
Затем она проводила всю ночь, насилуя мою задницу, в то время как другой конец дилдо удовлетворял её голодную киску. Даже не двенадцать дюймов искусственного чёрного члена в моей заднице были худшей частью — хуже всего было то, как жёстко она трахала. Меньше чем за год она сломала две мои кровати — теперь я сплю просто на матрасе — и хватала меня за волосы, чтобы удерживать.
Но самое худшее наступало утром, когда я спускался позавтракать, хромая на каждом шагу, а мама весело напевала себе под нос, готовя еду. На ней был расстёгнутый халат, и когда я, ковыляя, заходил на кухню с чёрно-синей задницей, она смеялась и спрашивала, что со мной не так. Она даже не признавала, что приходила ко мне ночью, не говоря уже о том, чтобы признать часовое насилие.
Я продолжал идти вдоль бассейна, прокладывая путь к носовой части круизного судна. Решил, что должен изо всех сил игнорировать множество ки́сок и задниц вокруг, иначе никогда не доберусь до Лоли. Боже, она была мне так нужна прямо сейчас. Её киска так приятно обхватила бы мой член — одна эта мысль заставляла мои яйца болеть настолько сильно, что хотелось плакать.
Но прежде чем я ушел далеко, ещё одно зрелище привлекло моё внимание. На дежурстве было несколько спасателей, но тот, мимо которого я проходил, показался знакомым. У него была загорелая кожа, короткие колючие каштановые волосы, а из промежности торчал толстый восьмидюймовый член, выглядевший словно деревянный. Именно это я и вспомнил — его член выглядел как член Доктора Дика, только чуть поменьше.
Он сидел на возвышении в солнечных очках, холодно и отстранённо оглядывая бассейн. Он казался настолько невозмутимым, что мне было трудно поверить, будто он получает двойной минет, пока двое по очереди сосут его член. Эти двое выглядели как близнецы — парень и девушка. Оба довольно низкие, блондины, с не слишком развитыми телами. Девушка была симпатичной: милая маленькая попка, покачивавшаяся, пока она давилась его большим членом, но почти плоская грудь. Возможно, поэтому на ней не было ничего, кроме маленькой белой футболки. Её волосы были очень короткими, но украшены заколками с бабочками, сердечками и прочими девчачьими штучками.
В конце концов мускулистый спасатель схватил её за затылок и попытался глубже затолкать свой член ей в глотку. Она справлялась не очень хорошо, начала давиться, и он отпустил её. Она отплюнулась и закашлялась, пока её брат занял её место.
— Ты не слишком хорошо сосёшь, — холодно сказал ей спасатель.
— Да ладно тебе! — кашлянула девушка с очаровательным южным акцентом. Должно быть, она была из Техаса или Луизианы.
Можно попробовать....