в предыдущие два раза, Фрэнсис, не теряя времени, принялся фотографировать. - Можем ли мы обсудить некоторые вопросы, прежде чем ты начнешь фотографировать? - Но он никак не отреагировал на это замечание. Вместо этого он обошел ее и подошел ближе, чтобы запечатлеть как можно больше ее тела в этом наряде. Джейн оставалась неподвижной и не опускала рук, прикрывая себя. Малейшее неверное движение могло обнажить сосок или что-нибудь похуже. Она была уверена, что, если бы это произошло, она бы сильно смутила своего соседа и испортила бы снимки, которые он делал в этом наряде.
Внезапно он перестал фотографировать и встал перед ней. - Не могла бы ты убрать руки? Трудно разглядеть... полный комплект одежды.
Джейн начала краснеть. - Но в тех местах, которые я прикрываю, нет никакого материала. Я не прикрываю ничего из одежды.
Фрэнсис, уставившись на ее грудь, размышлял, что сказать дальше. - Когда ты держишь руки вот так, то получается очень неловкая поза. Никто в таком наряде, включая мою жену, не стал бы стоять вот так, сдвинув руки. Я не могу судить о твоем наряде, потому что ты так позируешь.
Джейн очень разволновалась. - Фрэнсис, мне очень тяжело это говорить, но если я пошевелю руками, и, пожалуйста, не сердись, что я смущаю тебя, говоря это, ты сможешь увидеть мои соски и влагалище. Я не хочу тебя обидеть, поступая так.
Фрэнсис глубоко вздохнул. - Я понимаю. Но это для моей жены, ради которой я готов на все. Даже на шок от вида горячих голых сисек и сочной киски моей соседки. - Джейн расплакалась, услышав, на что этот мужчина был готов ради любви. Она надеялась, что ее муж будет вести себя так в подобной ситуации в будущем. Она опустила руки по швам, и ее сосед стал вторым мужчиной в истории, который увидел ее обнаженную грудь и киску. Фрэнсис некоторое время ничего не делал, а только пялился на ее тело. Джейн начала опасаться, что ей, возможно, не следовало раскрывать себя, и Фрэнсис разозлился на нее.
Она попыталась разрядить ситуацию. - Фрэнсис? Может быть, тебе стоит начать фотографировать. Тогда ты сможешь разглядывать мой наряд сколько угодно, после того как прикроешь мою наготу.
Наконец Фрэнсис пришел в себя и начал делать снимки в быстром темпе. - Да, извини, конечно. Конечно, позже я отредактирую твою наготу на фотографиях. Обнаженные части тела меня не интересуют. Только наряд.
Когда он сделал еще несколько снимков ее обнаженного тела в этом минималистичном наряде, Джейн поняла, что могла бы надеть нижнее белье телесного цвета. И снова она почувствовала себя ужасно из-за того, что теперь ему придется потратить много времени на редактирование этих фотографий. Ей также показалось странным, что он часто делал снимки ее сисек и влагалища крупным планом. Находясь так близко, он, вероятно, не мог разглядеть ничего из одежды, а только ее обнаженную натуру. Она подумала, что он, скорее всего, поймет это позже и просто удалит эти фотографии.
Он заставлял ее принимать разные позы, например, наклоняться, выпячивать грудь и сидеть на земле с раздвинутыми ногами. Фрэнсис объяснил, что во всех этих позах его жена, скорее всего, будет находиться в таком наряде. Наконец, после того, как было сделано, вероятно, около тысячи снимков, он объявил, что SD-карта в его фотоаппарате заполнена, и они закончили.
— Джейн, дорогая, от всей этой фотографической работы мне хочется пить. Не могла бы ты, пожалуйста, принести мне освежающего чая?
Джейн улыбнулась мужчине, в то время как ее сиськи по-прежнему были выставлены на всеобщее обозрение. - Конечно. Это самое малое, что
Начало счастливой жизни. Часть 2