— Олег. Проснись, сынок. Утро уже, и мы спасены. Дверь, на наше счастье, открылась. - сквозь сон я услышал мягкий и в тоже время восторженно - радостный голос матери, я лежал на полу совершенно голый, а мать, склонившись надо мной, будила меня, при этом невольно касаясь моей груди сосками своих роскошных сисяр.
Лампа, висящая под потолком, была потушена, но, тем не менее, в блиндаже было светло из-за распахнутой настежь двери центрального входа, которую мы до этого безуспешно пытались открыть всей толпой.
— Вставай, счастье моё, и пошли скорее на улицу, пока дверь обратно не закрылась. - мама поцеловала меня в губы коротким, но страстным поцелуем и решительно потянула за руку с пола к выходу.
— Я уже встаю, мам. А ты стала прежней, Ирочка, и такой ты мне нравишься больше. - сказал я матери, поднимаясь с пола.
Моя мать превратилась в прежнюю сорокалетнюю женщиной с формами, а это говорило о том, что " Машина времени" в блиндаже русских коллаборационистов отработала штатно, и мы в действительности были спасены от реального риска быть погребенными заживо под толщей земли, застряв в другом измерении.
— Не нужно тут, сынок. Пошли скорее на улицу, и там я тебе с удовольствием дам. Теперь я твоя и хочу заниматься с тобой любовью, но только в спокойной обстановке. - сказала мне мать, мягко освобождаясь из моих объятий и обхватив рукой мой член, а он у меня стоял колом, повела за собой из блиндажа на выход туда, где слышались голоса и смех остальных участников нашей компании.
Я покорно шёл за своей развратной мамой, пялясь на её объёмную попу, блаженно представляя себе тот момент, когда я вновь встану позади неё на коленях и буду мять руками полные ягодицы женщины, которая меня родила, смотря на то, как мой член входит и заходит в её покрытое чёрными волосками влагалище, расположенное рядом с задним проходом.
— Проснулся наконец зятёк, а то я было хотела идти вас с Ирой будить, да в туалет сильно захотела. - сказала мне тётя Люда, стоя возле входа в блиндаж и бесстыдно поливая ссаками землю под ногами.
Ссала наша соседка с первого этажа, необычно стоя по мужски, и это было возможно из-за переднего расположения влагалища у моей школьной возлюбленной. Рядом с матерью стояла Леночка и так же, как она писала, стоя. Молодая девушка слегка раздвинула ноги, вывернув их вперёд, тем самым выпячивая лобок, и из ее щелки, покрытой белесым с рыжинкой пушком, вырывались струи мочи, переливаясь на солнце. На улице день был в самом разгаре, судя по местоположению дневного светила, ровно по центру небосклона.
Невдалеке от Людмилы Ивановны и Леночки, сидя на корточках, ссала голая Ольга, черноволосая девушка из "РОНА", пришедшая с нами из прошлого, и у неё из черной, заросшей волосянками пизды потоком лились ссаки, вспенивая лужу под босыми ногами. Мой отец и дядя Саша так же поливали мочой траву вокруг блиндажа, и мать, вышедшая со мной, незамедлительно присела на корточки и стала ссать, только у неё моча из влагалища вырывалась не под ноги, а как бы назад, пизда то у моей мамы находилась не по центру, как у Ольги, а ближе к заднему проходу, и соответственно, моча у нее выходила из мочеточника под углом. .
— Ну и страху мы натерпелись в этом блиндаже. Ни за что больше в него не вернусь. Интересно, Олег, мы в нашем времени сейчас находимся или всё ещё в прошлом, а может быть в будущем? - спросила у меня Леночка, вытирая
8-е марта