— Теперь ты понял? Или всё ещё думаешь, что женщинам всё даётся без усилий?
Она отвела взгляд, задержала дыхание и уже тише добавила:
— Знаешь… в какой-то момент я сама перестала понимать, где заканчивается «урок» и начинается моё собственное желание.
Я вскинул голову.
Она говорила, не глядя на меня, но в каждом слове дрожал металл:
— Неожиданно, ты оказался слишком близко, а возможно, я увлеклась. Но ты легко вошёл туда, куда я не собиралась тебя пускать.
И только тогда, её глаза вернулись ко мне - обжигающие, уязвимые и сильные одновременно.
Я слушал её слова, в голове рвалась мысль: обвинить, бросить, уйти. Но изнутри поднималось совсем другое. Тёплое, почти сладкое ощущение, что она ведёт меня туда, куда сам я не решился бы шагнуть.
— Значит, ты хотела, чтобы я почувствовал себя женщиной? - медленно сказал я, глядя ей прямо в глаза.
Марина замерла. Я видел, она ждала от меня упрёков, осуждения, может, даже крика.
Но я продолжил:
— Так сделай это. Доведи до конца. Я хочу. Хочу пройти весь путь, который ты задумала для меня.
Её лицо изменилось — словно на миг исчезла уверенность.
— Ты… серьёзно? - тихо спросила она, даже не скрывая растерянности.
Я протянул руку, коснулся её пальцев.
— Серьёзнее, чем когда-либо. Я доверился тебе полностью. Если это твоя цель, если в этом правда - я готов.
Марина отвела взгляд, но плечи её заметно дрогнули. Она будто потеряла то самое холодное превосходство, которым держала меня всё это время.
— Илья… - впервые её голос звучал так, будто она не знала, что сказать дальше.
Последний день