Блин, сумму... Какую сумму назвать, что бы и слишком много не оказалось, но и что бы долг не выглядел шуткой...
— 25 тысяч... - наконец то Яна назвала цифру
— Долларов?
— Ну не рублей же...
— Ну да, в принципе серьезные деньги... И как думаешь отдавать? Такие деньги тебе мало кто одолжит, тем более тут, в Т...ске
— Не знаю еще... - Яна попыталась пошутить – Ты поможешь... Если не деньгами, то работой... Обещала же мне обеспечить карьеру модели..
Закончив фразу, Яна ожидала услышать издевательский смех подруги, но Соколова оставалась абсолютно серьезной
— А знаешь, Бек, я помогу тебе! Веришь?
— Верю... - прошептала Яна
— Вот и отлично! Но уже завтра... А сейчас... Ты прости, Бек, но я сделаю это! Я всегда мечтала о таком
— Что сделаешь? – не поняла Яна
— А сейчас узнаешь! С кровати на ноги встала! – голос подруги снова стал властным, и Яне, несмотря на то, что все тело ломило, пришлось выполнить приказание.
Катя победно улыбнулась
— Покрутись передо мной, нижняя! Ну и красивая же ты, Бек...
На пятом «развороте», Катя остановила подругу.
— Стой! Замри, Бек! Теперь присядь!
— Как?
— А как ты меня заставляла приседать на уроке физры, когда наши классы вместе в спортзале были! Ну, приседай, Бек! Чего застыла?!
Девушка не спешила выполнять приказание, и тогда Катя влепила ей звонкую пощечину... затем еще одну... а потом еще, но уже по голым сиськам
Яна и не думала сопротивляться, но на 10-й «пощечине» не выдержала и попросила
— Кать, достаточно, прошу... Я все поняла, я буду приседать
— Точно будешь? – на всякий случай уточнила Соколова и тут же приказала – Села!.... Встала!... Села!... Веселей приседай, Бек! Ты же спортсменка...
Спортсменка спортсменкой, но на 20-м приседании у Яны подкосились ноги
— Катя достаточно, я больше не могу
— Проси! – тут же скомандовала Соколова – И больше никаких «Катей»! Катериной Геннадиевной меня называй! Даже когда мы наедине! Ну а на людях, так подавно!
Сказать по правде, Соколова импровизировала сейчас на ходу, и совсем не была уверена, что подруга, нет теперь уже рабыня, согласится... Но Бекбаева на удивление сама опустилась на колени и стала умолять
— Катерина Геннадиевна прошу вас. Достаточно... Умоляю вас...
Соколова была поражена
— Бек, еще раз это скажи!
— Катерина Геннадиевна, прошу вас... Я устала...
Соколова спрыгнула с кровати и схватив свою рабыню за сосок, потянула вверх, заставляя подняться на ноги
— Бек прости, но я сделаю это!
— Что сделаешь... Яна сразу же исправилась – Что сделаете?
— Ударю тебя! Сильно! В живот!
Яна отшатнулась
— Бек, не бойся! Всего один раз! В живот! Слово даю, один удар и все!
Соколова демонстративно замахнулась, и Яна, на инстинктах, прикрыла живот руками
— Руки за голову, рабыня! – тут же крикнула на ее Соколова! Это еще что?!
На это раз Яна подчинилась на половину. Одну руку она вернула себе за голову, а другой по прежнему прикрывала свой пупок
— Ну так дело не пойдет, Бек! Пояс мне подай!
— Какой? – Яна не сразу поняла о чем говорит подруга, а если правильнее, то теперь уже Госпожа
— Вот тот, что на кресле лежит! Красный, от моего халата! На четвереньки встала, подошла в креслу, взяла в зубы пояс, и так же на четвереньках вернулась ко мне! Ну, делай, или накажу!
Чтобы понапрасну не злить Госпожу, Яна опустилась на лапки, и по собачьи пошла к креслу и обратно уже вернулась, неся поводок в зубах.
Соколова забрала поясок
— На колени встала! Не так, спиной ко мне! Руки за спину!
Павел