кольцо. Я открыла глаза и удивленно уставилась на скованные в наручники руки, которые были продеты через грядушку кровати так, что я не могла их опустить.
— Это чтобы ты не искушалась сегодня и завтра утром. Я вернусь завтра и освобожу тебя. А пока спи.
С этими словами Тома вышла из комнаты. Через пару минут я услышала, как захлопнулась входная дверь. Пару раз дернув руками, я поняла, что выбраться не получится, поерзала на постели, пытаясь устроиться поудобнее, и скоро меня сморил сон.
Часть 3. Юленька
— Юленька, просыпайся! Просыпайся, Соня! Школу проспишь!
Я открыла глаза, щурясь от яркого света в комнате. Тетя Тома стояла над кроватью, улыбаясь. Давно меня никто не будил утром. Я привыкла сама вставать в школу под звон будильника. Судя по тому, что он не сработал, тетя разбудила меня раньше обычного. Я повернула голову оглядываясь вокруг. Наручников на руках не было, но было странное ощущение, словно мой член был плотно чем-то обхвачен. Задрав ночнушку, я ахнула.
— Что это? – я протерла ещё не привыкшие к свету глаза.
— Спокойно, Юля, это для твоего же блага, - Тома положила мне руку на бедро и успокаивающе погладила. – Это называется пояс верности. В твоем случае тебе нужно хранить верность твоему женскому началу. Чтобы твоя женская сущность возобладала в полной мере, тебе нужно прекратить использовать свои мужские органы и научиться получать удовольствие как девочка.
Я смотрела на скованный член, обернутый в кокон, и пристегнутый замком к кольцу, охватывавшее яички. Тетя продолжала гладить меня по ноге, все чаще опускаясь на внутреннюю сторону бедра, из-за чего я начала возбуждаться. Член по привычке начал было подниматься, но уперся в стенки маленькой тюрьмы. С непривычки мне стало немножко больно, и я застонала, чуть не плача. Застонала как девочка.
— Ну-ну, родная, вот увидишь, скоро это принесет свои плоды. А сейчас вставай в душ, а потом иди завтракать.
— А как мне ходить в туалет?
— Как девочка. Присядешь и увидишь, там все предусмотрено.
Я поднялась, все так же в ночнушке потопала в ванную. Там я смогла внимательнее рассмотреть мою клетку черного цвета. В ней действительно была дырочка, так что задрав полы ночнушки, я присела на унитаз и начала писать. Стоя я наверняка забрызгала бы все, а так, по девчачьи оказалось очень даже удобно. После я приняла душ, стараясь по возможности помыть член под клеткой и пошла завтракать. Тетя приготовила блинчики с творогом и кофе, которые я с удовольствием скушала.
— Пока что тебе придется в школе быть мальчиком. – сказала тетя. - Но не забывай кто ты есть. Одевать будешь только женские трусики и колготки вместо подштанников.
Я лишь кивнула. Мысль о том, что под мужской одеждой у меня будет женское белье меня возбуждала, но очередная попытка члена вырваться на свободу опять была обречена на провал. Я выбрала черные трусики танго и черные теплые колготки сестры, поверх как обычно одела джинсы, футболку и свитер и отправилась в школу.
В школе все было как обычно, за исключением того, что мысли мои все больше возвращались к прошедшим выходным. Так много изменилось и так много предстоит изменить, но я рада, что тетя мне в этом поможет. Я слушала учителей невнимательно, но в душе, наконец-то, ощущала спокойствие. Хотя бы потому, что мне было комфортно мыслить в женском роде.
Славика я увидела ко второму уроку. Он вел себя по-прежнему так, словно ничего не произошло, и я все больше успокаивалась, что последствий моего внезапного утреннего минета не будет. Мы сидели на уроке за одной партой, Славик
Роман в письмах