у моего уха. Чулки на ногах, кружевной пояс на талии – все это добавляло сюрреалистичности и остроты. Я чувствовал себя его игрушкой, его собственностью, и это ощущение было пьянящим, освобождающим.
— Да... стони, малыш... – отец Сереги ускорял темп, и его толчки становились глубже, увереннее. – Ты создана для этого... чтобы тебя трахали... чтобы тебя заполняли...
Его слова - грязные и властные - подливали масла в огонь. Я чувствовал, как внутри все непроизвольно сжимается вокруг крепкого члена все сильнее. Мужчина застонал от удовольствия:
— Ох, да... сжимай свою попку... сжимай мой член...
Он наклонился, и его губы захватили мой сосок, заставляя меня взвизгнуть от неожиданности и усилившегося возбуждения. Язык мужчины играл с соском, а зубы слегка покусывали его.
Двойная стимуляция – глубокие толчки внутри и ласки члена и соска – сводила меня с ума. Удовольствие нарастало лавиной, неудержимое, сметающее все на своем пути. Я чувствовал, как твердый член пульсирует внутри меня, как дыхание отца моего друга срывается, и понял, что он был близок к оргазму. Да я и сам был на грани.
— Я... я сейчас... – успел я прохрипеть.
— Кончай, сучка! – прошипел Павел, и его движения стали резкими, почти грубыми, глубокими до предела. – Кончай для меня! Кончай!
Его приказ, его властный тон стали последней каплей. Оргазм накрыл меня сокрушительной волной - не такой, как от минета или прошлой стимуляции простаты. Глубокий, всепоглощающий, идущий из самого нутра, оттуда, где член мужчины терся о мою простату, выжимая из меня крики и потоки спермы, которые били мне на живот и грудь, забрызгивая кружево пояса подвязок. Мои внутренние мышцы судорожно сжались вокруг горячего члена, выжимая из него ответную реакцию.
Чувствуя мои спазмы, Павел издал низкий рык и вогнал пенис в мою задницу до упора в последнем мощном толчке, и я почувствовал горячий всплеск глубоко внутри прямой кишки. Он кончал, заполняя меня своей спермой, его пульсации внутри прямой кишки совпадали с моими собственными конвульсиями.
Отец Сереги замер, тяжело дыша, опираясь руками о кровать по бокам от моей головы, его тело покрылось испариной, а член все еще был во мне – пульсирующий и наполненный силой.
Мы провели так несколько мгновений, слипшиеся от пота, тяжело дыша, чувствуя только наше смешанное дыхание, пульсацию наших тел, ощущение тепла и веса мужчины на мне, его члена внутри моей попочки. Я чувствовал странную, липкую пустоту в голове, блаженную тяжесть во всем теле, и ту самую наполненность внутри своего живота.
Павел медленно вынул свой член, и я почувствовал, как что-то теплое и жидкое вытекает из меня на покрывало - его сперма. Мужчина откинулся, сел на край кровати, его взгляд скользнул по моему изможденному телу, по следам спермы на животе, по растерзанному кружеву трусиков, по чулкам.
— Какой вид... – прошептал он с восхищением, потом взял со столика пачку влажных салфеток и нежно начал вытирать меня. Сначала живот и грудь, тщательно собирая мою сперму. Его прикосновения были бережными. Потом отец Сереги осторожно протер мне промежность, чуть раздвинув ягодицы. Я почувствовал, как прохладная салфетка касается моего растянутого ануса, как она собирает его сперму, вытекающую наружу. Ощущение было интимным и немного стыдным, но в то же время приятным.
— Моя сперма внутри тебя... – прошептал Павел, когда его глаза встретились с моими. В них горело странное удовлетворение. – Ты чувствуешь ее?
Я кивнул, чувствуя легкое жжение и остаточное тепло внутри оттраханной попки:
— Да...
Мужчина загадочно улыбнулся, а затем сделал нечто неожиданное - он наклонился и лизнул мой живот, там, где еще оставалась капля моей спермы. Я вздрогнул
Zaika