дырочек. Но она оказалась ощутимо тугой и никак не хотела поддаваться даже смазанному слюной кончику.
Тогда соседний юноша метнулся и принес мне тюбик анального лубреканта.
Я хорошо намазал палец и снова надавил на сфинктер. Анус подростка нехотя пропускал мой палец, а когда все таки пропустил, я тут же добавил и второй палец. И тут дело шло не очень быстро, а с третьим пальцем я вообще не мог двинуться вперёд, настолько был крепко обжат мышцами сфинктера.
Тут даже покачивания попки и попытки шевелить мышцами ануса мало помогали, помогло лишь время. Лишь спустя минуту стало свободнее, и я, не мешкая, сразу же приставил своего бойца и он с штурмом взял эту крепость. Как только головка оказалась за барьером кольца сфинктера, сразу стало легче и я стал делать фрикции, держа его руками за ляжки парнишки. Моя головка продвигалась словно через вязкий туннель, раздвигая тугую плоть и от этого эта плоть трепыхалась и пульсировала, обхватывая член.
В это же время я ещё раз смазал палец лубрекантом и стал проникать в анус услужливо подставленной попки второго юноши, разрабатывая и его.
Достаточно освоившись и получив относительную свободу, мой член переместился в другую дырочку, изнывающего от желания паренька. И здесь пришлось не торопясь преодолевать кольцо сфинктера, но зато потом окружающие ткани прямой кишки подарили мне массаж, так небходимый для укрепления моего пениса.
Так, по очереди, я посещал гостеприимно принимающие меня юношеские попки, пока не достиг верха наслаждения. Временно оглохнув и с потемневшим светом в глазах я начал изливаться в прямую кишку одного паренька, и продолжил в анусе другого. Выдохнув от снятия напряжения и с последними каплями спермы, я ненадолго прислонился к вздрагивающим ягодицам юноши и стал приходить в себя. Я настолько был увлечен затопившим меня чувством оргазма, что даже не заметил, а кончили ли парни под мной.
Лишь полностью выскользнув полувялым стручком из сочащегося белым ануса паренька, я прилёг рядом отдохнуть и тут же, словно ожидая этого, на пороге появилась директриса и какой-то зареванный голый мальчуган.
— Вы закончили? Ну тогда пойдёмте. Артур и Альберт, вы молодцы, я снимаю с вас наказание!- сказала директриса и развернулась к дверям.
Я последовал за Маргаритой Павловной и пареньком, по пути успев прополоскать свой член.
Мы снова зашли в девичий корпус и забрали Машу, выглядевшей гораздо спокойной и умиротворённей, чем была до этого. Она даже стала немного улыбаться.
Директриса привела нас снова в свой кабинет и велела встать подростку на колени.
— За твой косяк я тебе прописываю десять ударов, Аркаша!
Мальчик захныкал, говоря что больше не будет баловаться, но не смог растопить холодное сердце директрисы. Его голая худая попка вихлялась в такт хныканью и на коже были видны зажившие следы от предыдущей порки.
Директриса остановилась около стеллажей на стене, выбирая какую плётку предпочесть, и выбрав с тремя хвостиками, внезапно остановилась около мальчика и внимательно посмотрела на Машу.
— А хочешь, девочка моя, попробовать сама высечь?
Девочка, зардевшись, согласно кивнула. Я только изумился, откуда в таком в хрупком теле такая жажда к насилию и унижению? Видно сказалось трудное детство...
Коленопреклоненный, приготовившийся к наказанию мальчик снова заскулил, неразборчиво говоря сквозь слезы "не хочу чтобы девчонка порола!"
— Молчи, Аркаша, ты же знаешь мою силу удара, а эта девочка всего лишь пощекочет тебя! - обратилась Маргарита Павловна к подростку и жестом подозвала Машу, вручив ей плётку.
— Вот, становишься боком рядом с ним, и наносишь удары!
Первый удар получился у Маши совсем слабым. Плётка едва коснулась кожи. Директриса приказала девочке бить со всей силы, но и второй удар был лишь чуть сильнее первого.
СВИНГЕРЫ НА ДАЧЕ