Везёт тем, кто видит свою удачу и не тупит, когда время для неё приходит. Может, он часто обманывался, принимал за удачу ложные обещания и коварство, но с каждым разом вместе с ожесточением и неверием к нему приходил опыт и холодное знание. Понимание, что все бабы - лживые суки, дряни, и пользуются своими дырками только для того, чтобы выгадать себе чего-нибудь в этой жизни от мужчины, внутренне презирая их всех.
Хорошо, что брать с него было нечего. Квартира от скончавшейся мамы, не пыльная работа охранника, стабильный, но скромный доход, невзрачная внешность и уже сильно средний возраст. Толстухи еще иногда клали на него взгляд выпученных глаз. К одной такой он заходил после получки, меняя пару бутылок водки на животный трах в прокуренной комнате со слабо соображающей после выпивки глыбой жира и мяса.
Лучше уж дома, перед компом. Тут девушки были на любой вкус, а ему всегда хотелось молоденькую и фигуристую. В кафе, где он работал, такие появлялись часто. Молодежь: бестолковые мелкие сучки с большими телефонами! Он сверлил их налитые грациозные тела пронзительным взглядом из своего темного угла, щупал мысленно их гладкие ноги, шарил между ними руками, представлял, как вталкивает возбужденный член в удивленный раскрытый рот и наслаждался в мечтах их испуганным и покорным взглядом. "Поймать бы такую, затащить домой, и ебать, ебать всю ночь, невзирая на ее крики, испражнения, мочу и кровь". - В фантазиях он был очень напорист и неумолим, и потому бежал в туалет и дрочил в туалетную бумажку. "Этим сучкам нужен хозяин, с крепким хуем, чтобы наказать их морально и анально, унизить, показать лживым бабам их место!". – Твердил он про себя стоя над унитазом со спущенными брюками, надрачивая возбужденный влажными мечтами член.
Но в реальности его устремления так и оставались в глубине коротко стриженной черепной коробки. Помимо хардкорного порно, там плескались только девять классов школы, шарага и срочная в ВС. Когда он не мечтал о молоденькой, он читал сплетни в сети и смотрел ролики. Дни тянулись медленно, ничем не отличаясь друг от друга. Иногда удавалось помахать кулаками, и тогда он уж отводил душу! В эти моменты он и чувствовал себя иначе, даже если огребал сам, а дома дроч был фантастический, много и часто. Просто праздник.
Молодые девочки не видели его. Для них он был как мусорка или рециркулятор воздуха на стене, бесшумный, невидимый до поры, но полезный.
Так бы все и продолжалось всю оставшуюся жизнь с небольшими вариантами, если бы не этот вечер. Он сразу обратил на неё внимание. Невысокая, но фигуристая девочка с короткой стрижкой. Черные, явно крашеные волосы, огромная куртка на плечах, под ней белый топик, под которым маняще пузырились непропорционально приличного размера буфера. Ножки гладенькие, ровные, под темными колготками и короткой юбкой. Ботинки на толстой колодке. Большой телефон постоянно перед глазами.
Вошла, потерянно огляделась. Заказала и присела за свободный столик у окна. Потом уткнулась в телефон. Лихорадочно писала, тапая маленькими тонкими пальчиками, отправляла, читала, снова отправляла. Потом ей надоело, она стала наговаривать сообщения голосом. Отправляя их, она подолгу ждала ответа. Народу в зале было мало, и, заприметив ее взвинченное, нестабильное поведение, он стал наблюдать за ней пристальнее.
Прошло полчаса, еда у девушки была давно прикончена, только обертки и бумага валялись на подносе. Редко кто остается в кафе, закончив трапезу, не такое уж тут и уютное место. Время было позднее, посетителей становилось все меньше. Но она все сидела, чего-то ожидая. Наконец, ей пришло ещё одно сообщение, она прочитала его, схватила трубку и набрала
Дорога в мир наслаждений