Категории: 18 лет | Зрелые
Добавлен: 19.09.2025 в 04:50
на поляну где стоял навес. На окнах не было никаких занавесок. Но, что меня поразило больше всего, это то, что в доме была особая чистота, несмотря на большую кладку дров лежащую вдоль печи, массу разных видавших виды тазиков, ведер, веников, вязанок трав и прочей утвари. Пол просто сиял, от чистоты и очень вкусно пахло разными травами.
В избе хлопотала теткина дочка Аксинья, готовила еду. А в углу около этих самых нар сидела девушка моего возраста и читала книгу, насколько я мог понять, учебник математики. Вокруг на маленьком столике лежали ручки с тетрадками. Все увиденное, никак не связывалось в моей голове — одна комната, внутри дрова, как в сарае, куча ящиков, как на складе, на окнах нет занавесок и где, я буду жить, спать...
Мои размышления прервал жесткий голос тетки Вали.
— Сергей, сразу скажу, ты как тут мужик, будешь таскать воду в бак для мытья, и заготавливать дрова, больше ничего нам, от тебя не нужно, надоест бездельничать сам попросишь работу, спроси у Маши, она тут уже почти год живет, так что пока еда не готова, за работу. Мне это ужасно не понравилось, но делать нечего, и с обидой и тоской, по теплой, беззаботной Ленинградской квартире, я поплелся выполнять указания этой непонятной мне, еще женщины.
Пока, я носил воду в бак голод, уже не давал мне покоя, в глазах начинало темнеть, от запахов исходивших, от горшков в которых варилась еда, судя, по обалденному запаху мясо с капустой. Так что не успел, я наполнить бак водой, как набросился на уже стоявший на столе ужин. Все сели, за стол и принялись, за еду. За ужином все и познакомились ближе. Дочь тетки Аксинья, лет тридцати трех, от роду, была больна, она как-то медленно двигалась, почти не говорила, мне сначала даже показалось, что она немая. В отличие, от мамы она была меньше ростом, немного горбилась, и голова ее была сплошь седая. Единственная радость, для меня это была Маша. Девушка моложе меня на год, смешная, с бантом на голове и круглыми глазами, которые пожирали меня откровенным взглядом, все время пока мы ели. Девушка, как оказалось, тоже временно живет у тёти Вали и когда собирается уезжать никто не знает.
Все здесь при деле, у всех есть свои обязанности по дому, а что касается промысла, то здесь, как кто хочет, мне было сказано — хочешь работу найдешь, вместо развлечений, которых тут нет, никаких. Хотя, как оказалось, они нашлись, но все, по порядку. Поужинав, и почувствовав волну усталости, я мысленно стал представлять себе порядок вещей в этом доме, где здесь туалет, где и когда, я лягу спать, есть ли здесь радио и книги? Не дожидаясь на мысленно поставленные самим себе вопросы тетя Валя говорит: «Пойдем Серега удобства покажу», — и не дожидаясь ответа встала, из-за стола и направилась к выходу, указав по дороги рукой в сторону большого ведра, стоявшего у печи, со стороны нар с рукомойником над ним…
— Сюда ходим ночью или зимой. Я покраснел, представив себе, как я могу ходить туда, когда здесь, кто-то есть или наоборот, как они могут это делать при мне. Выйдя, во двор тетя Валя показала мне куда справлять свои надобности, это было уникальное решение. Во дворе, слева от выхода был сарай, около него неглубокая помойная яма, с продолговатой дыркой. «Вот здесь мы и гадим», — с какой-то кривой усмешкой сказала она.
«Зимой, а под настроение и летом, в сарае, там тоже дырка есть». Оказалось часть помойной ямы заходит, под
Суворовец Саня