она содрогнулась, меня охватили эмоции, которых я не помнил уже очень-очень давно. - Эта женщина однажды спасла мне жизнь, - подумал я, - и теперь у меня есть шанс спасти ее. - И что было столь же неожиданным, так это моя абсолютная уверенность в том, что это именно то, чего я действительно хотел, не только ради нее, но и ради себя самого.
Я повернул ее лицом к себе и осторожно отвел ее руки от лица. Затем я протянул руку и снова снял повязку с ее глаза. - Нет! - захныкала она. - Я такая уродина.
— Ты ошибаешься, - мягко сказал я. - Ты смотришь на свое лицо, и единственное, что ты можешь увидеть, - это свой глаз. Я смотрю на тебя и вижу красивую, мужественную женщину. Ты видишь шрам, а я вижу тебя всю.
Она посмотрела на меня с сомнением, которое постепенно сменилось удивлением и надеждой. Затем она обняла меня и поцеловала. Я понял, что принял еще одно очень правильное решение.
Последний троллейбус