матери по губам. Даже это легкое касание заставило резко выпустить воздух сквозь сжатые зубы и закинуть голову назад. Однако едва ощутимых прикосновений было недостаточно. Как-то неловко трогать своим половым органом маму, но... Но убедившись, что мать даже не думает просыпаться, Яша с колотящимся сердцем усилил нажим, наблюдая, как безвольно и трепетно сминаются и деформируются красивые губы, иногда обнажая белые ровные зубы. Поначалу было больно, головка не помещалась между зубами, но потом мать во сне, словно желая угодить сыну, открыла рот пошире, и ему наконец удалось проникнуть вглубь. Он стал слегка покачивать бедрами и улетая от восхитительных ощущений. Мама вдруг мыкнула, и он замер. Однако мать с членом сына во рту продолжала спать, даже губы расслабились, перестав сжимать ствол. Яша положил руку на грудь, и слегка сжал крупный, чуть затвердевший, сосок пальцами. И совершенно неожиданно мать глубоко вздохнула через нос... и снова сжала член губами. Яша возобновил острожные движения бедрами. Заодно он продолжал гладить и слегка сжимать шелковистую упругую округлость, иногда играя с соском. Потом его взгляд упал на голый, слегка выступающий лобок. Колено матери было по-прежнему отклонено в сторону. С замиранием сердца Яша проник пальцем ей в пизду, и мать прогнулась на постели, устремив груди в потолок... Яша отдернул руку. Затем снова ввел во влагалище матери палец. Та опять вздрогнула, порывисто вздохнув, отчего ее крупная грудь заволновалась. А роскошные ресницы затрепетали, приоткрыв узкую полоску белка. Яша продолжал ласкать мать между ног. Видя, что мать крепко спит Яша осмелел, забравшись на постель и оседлав безвольное тело. Не понятно, откуда взялась эта идея в голове, но он примостил член в ложбинке между грудей и принялся трахать мать между сисек. И снова затрепетали длинные ресницы, и Яша замер. Однако сон, наведенный усталостью, переживаниями и снотворным, опять пересилил. Груди матери высоко вздымалась в тяжелом дыхании, ложбинка между ними блестела от смазки, соски напряглись и выглядели очень твердыми. Ротик приоткрылся... И все это продолжало манить сильнее всех радостей мира. Яша немного поколебался и не нашел ничего лучшего, чем почти усесться на высокий бюст, приподнять женскую голову за затылок и, раздвинув пальцами зубы, ввести член между губами. Шустрый язычок матери инстинктивно попытался вытолкнуть головку наружу, но довольно вяло, быстро проиграв борьбу настойчивому члену... Алле в это время снился чудесный сон. Ее ласкал умелый нежный любовник, быстро возбудивший до самой крайней степени. Но ее принялись иметь в рот, пусть медленно и нежно, но совершенно не думая о ее потребностях. Она возмутилась, захотев прекратить это непотребство... И проснулась. Какое-то время она соображала, где она и кто неспешно, но уверенно трахает ее в рот. А подняв глаза, ужаснулась! Это был ее сын! Она попыталась возмутиться, отстраниться. Но куда там! Ее крепко держали ее за голову, руки были прижаты коленями, да еще он сидел на грудях, вжимая тело в постель. Мало того, увидев, что она проснулась, Яша принялся, размашисто поддавая бедрами, буквально ебать ее в рот! Но самое ужасное, что возбуждение никуда не делось, и Алла, насилуемая довольно грубым образом, получала непристойное наслаждение! Алла продолжала укоризненно смотреть на сына снизу-вверх, сделала рот колечком, стараясь прогнать мысль о том, что она сама получает чувственное удовольствие от губ, скользящих по толстому, увитому венами члену. И сын долго не выдержал, принявшись накачивать рот матери спермой. В этом положении она не могла глотать, и обильная терпкая жидкость буквально брызнула во все стороны, окропив нежные скулы, хлестнув по подбородку. А сын продолжал и продолжал кончать,
Анечка и ее прелести