— Ирина: Ооойй, бляя, живая... Мальчики, мне так стыдно просто пиздец, я не знаю, как с вами говорить.
— Ой, да ладно, всё вообще супер было. Такое долго не забудем.
И мы все продолжили пить пиво, общаться. Ирине показывали вчерашнее видео, она была в шоке, ей было очень стыдно, а в каких-то моментах горели глаза, и она прикусывала губу — было видно, что она возбудилась.
Так примерно час сидели, общались и пили пиво, и рассказывали про вчерашний ганг-банг. Было видно, как Ирина заводилась. Один парень сидел, обнимал Ирину, и что-то в ней переключилось. Стыд уступил место тому самому, знакомому до оскомины, шлюшачьему азарту. Всё общение было на тему того, как её пускали по кругу, и она сидела и нормально общалась, было видно, что ей всё это понравилось.
— Дима: Ирка, а ты завтракала сегодня?
— Ирина: Неее, только вино и пиво!
— Парни: Ооо, а может, покормим кошечку?
— Ирина: Мммм, ну если только чуть-чуть...
— Ирин! — попытался я вставить слово, в моём голосе прозвучала жалкая попытка протеста.
— Леш, отъебись! — рявкнула она, оборачиваясь ко мне, и в её глазах плясали бесенята. — Ты же этого хотел! Ты слюной исходил, глядя, как меня пускали по кругу!
Один из них начал трогать её между ног.
— Ооо, парни, она уже вся мокрая! — стоял ржач на весь вагон.
— А для нашей шлюхи самый правильный, питательный завтрак — это свежая, горячая сперма. Но её, голодная сука, надо заслужить.
— Ирина: Да, мальчики, накормите свою кошечку. Шлюшка хочет молочка!
Она жадно, без всяких прелюдий и ложной стыдливости, принялась расстёгивать им ширинки. Её пальцы дрожали, но двигались уверенно и быстро. Она тянула к себе их члены, уже наполовину возбуждённые, большие и разные, засовывала их в рот, облизывая их стволы, пыталась брать полностью, давясь и хрипя, но не останавливаясь. Она работала ртом и руками, как шлюха с многолетним стажем, стараясь обслужить всех сразу, переходя от одного ствола к другому, заглатывая их до самого основания, облизывая яйца, лаская головки. У них свисали большие, полные яйца, и Ирина жадно полировала их члены.
— Ох, ебать, какая жадина! Наглая шлюха! — стонал один из них, вжимая её голову себе в пах, его пальцы впились в её волосы, сминая их. — Глотай, шалава, глотай глубже! Щас будет твой завтрак!
— Да, да, кормите меня, я ваша голодная дыра! — булькала она, насаживаясь на него, её слова тонули в плоти.
— Да, да, сука, она реально голодная! Соси быстрее, блядь, работай ртом!
— Мда, да, я хочу сперму! Умоляю, накормите вашу блядину!
Покажи, как ты умеешь просить.
Она застонала в ответ, и вибрация от этого стона заставила его выругаться от наслаждения. Он схватил её за волосы и начал трахать её рот жёстче, глубже, безжалостно, упираясь в самое горло. Ирина только смыкала веки от блаженства, принимая каждый удар, её слюна обильно текла по его стволу, смешиваясь с его соком, делая его скользким и невероятно притягательным.
— Сейчас... кончаю! Глотай всё, шлюха! Всю! До последней капли!
Он издал низкий, животный стон, его тело напряглось в дуге, и мощная, пульсирующая волна прошла по всей длине его члена. Первая горячая струя ударила ей прямо в горло — густая, насыщенная, с терпким, солёно-сладким вкусом свежего семени. Она с жадностью сглотнула, издавая довольный хрип. Вторая порция, ещё гуще и обильнее, затопила её язык, и она завороженно покатала её во рту, ощущая нежную, бархатистую, кремовую текстуру с лёгкой горчинкой. Третья струя, уже менее обильная, забрызгала ей нёбо, щёку, подбородок.
Единение с природой или не юные натуралисты