крупные виноградины и сама ложила их в рот девушки. Неожиданно одна виноградина упала, и Яна, наклонившись, тут же подняла ее губами.
— Да не ешь ты с пола! И не торопись! Я не заберу еду, я специально все для тебя купила!
Дождавшись пока «моделька» доест, Наташа спросила
— Водичку будешь? Я купила бутылочку минералки, колу...
— Минералку! – тут же выбрала Яна и Наташа открутив крышку на пол-литровой бутылке воды, сама, со своих рук, стала поить девушку.
Яна напилась, и Наташа снова предложила
— Йогурт еще будешь? Я и тебе и себе купила Какой хочешь, шоколадный или фруктовый?
— Фруктовый! – не поднимаясь с колен, голая Бек смотрела как ее «коллега» открывает стаканчик.
— Сама есть будешь? Или может покормить тебя? – спросила Наташа, и зачем то уточнила – У меня чистые руки, не переживай!
— Да я не переживаю...
Яна уже было открыла рот, собираясь принимать в него пальцы Наташи, которыми она зачерпнула йогурт, как увидела, что в дверях стоит Зинаида Савельевна и пристально наблюдает за происходящим...
***
Сказать по правде, Яна отчего то побаивалась уборщицу. Во первых, Зинаида Савельевна на простую уборщицу ну никак не была похожа. Холеная, ухоженная, в дорогих шмотках... Женщину скорее можно было принять за управляющую, чем за обслуживающий персонал.
А еще взгляд. Уверенный, цепкий... Когда Зинаида Савельевна смотрела на Яну, то девушке почему то казалось что она видит ее насквозь. А еще, женщина отлично знала за «статус» новой «сотрудницы», так как была свидетельницей при подписании Договора, а поэтому имела право и смотреть и действовать... Но Зинаида Савельевна так же строго, с прищуром, смотрела и на остальных сотрудниц, даже на Ирину, правую руку Соколовой.
Именно Зинаида Савельевна чаще остальных «коллег», пользовалась телом рабыни. Трогала, и лапала, как хотела и когда хотела. Прямо при всех, или отводила Яну в свою «подсобку»... Причем женщина явно симпатизировала Яне, даже как бы сочувствовала ей и одновременно цинично и хладнокровно унижала ее при всех и наедине. Она как бы всем своим видом показывала, мол ну раз ты сама добровольно согласила на рабство, то чего уж теперь стесняться и жалеть.
Буквально на следующий день, Катя с Ирой связали Яну в «апартаментах» и оставили ее там одну. Якобы на пол часика оставили...
Но уже прошел час, потом второй, потом третий, но Госпожа с Хозяйкой так и не вернулись... Яна отлично знала сколько сейчас времени, потому что на стене висели часы...
Неожиданно в замке повернулся ключ и в комнату зашла... Нет не Соколова или Ирина, а зашла Зинаида Савельевна.
Увидев в каком плачевном состоянии находится рабыня, женщина смачно выругалась
— Бл@дь! Госпожи хреновы Распяли девку на «балке» (а Яна сейчас действительно была привязана к деревянной перекладине, которая неизвестно по какому «дизайну» установили в комнате – Сами ушли и забыли про бедную рабыньку! Еще завешается мне тут!
Яна конечно же не была привязана шею. Она свободно могла дышать и вертеть головой, но вот ее руки и ноги и в самом деле затекли. Щиколотки были туго перетянуты веревкой, к тому же она едва касалась пальцами пола, так как руки были ее притянуты к деревянной балке, и Ира, а это сделала именно она, специально натянула веревку, заставляя рабыню стоять на одних носочках.
— И нормальные же девочки... Катю я с детства знаю... Иру, а точнее ее родителей тоже... Так нет, ударила кровь в голову и решили в рабовладелиц поиграть! Но ты сама виновата, девка! Добровольно согласилась, никто тебя не заставлял! Я свидетельница... Тебе как я понимаю тоже моча в голову ударила! Хотя нет, ты из этих... Извращенка,
СТЕСНИТЕЛЬНЫЙ КАВАЛЕР