Категории: Измена | Свингеры
Добавлен: 24.09.2025 в 09:50
другой конец магазина, к воде. Медленно выбрал две бутылки минералки, потом потянулся за соком, который любил Костик. Потом вспомнил, что Костика здесь нет, и рука опустилась. Я бродил по ярко освещенным, бездушным рядам, словно лунатик, а в голове проигрывался один и тот же фильм. Я видел их. Я видел, как только за мной закрывается дверь, Егор поворачивается к Зине. Не с той деланной нежностью, как вчера, а с уверенным, хищным взглядом хозяина положения. Он не говорит ни слова. Он просто берет ее за подбородок и целует - жестко, властно, без вопросов. И она тает, она сразу же отдает ему всю себя, вся ее утренняя скованность и неловкость испаряются под этим напором. Он стаскивает с нее одежду. Оно падает на пол. Она стоит перед ним в одних трусиках. Он разворачивает ее к себе, его руки скользят по ее бокам, сжимают грудь. Он снова целует ее, уже опускаясь губами к соскам. Она закидывает голову и стонет, опираясь руками о спинку дивана. Потом он резко поворачивает ее спиной к себе, пригибает. Одной рукой срывает с нее последнюю преграду, другой расстегивает свои джинсы. Я слышу в воображении звук молнии, приглушенный стон. Он входит в нее сзади, резко, без прелюдий, пользуясь той влажностью, что осталась после их утренней ласки, пока я был в туалете. Она вскрикивает, но не от боли, а от наслаждения, и ее крик тут же глушится в подушку дивана.
Он двигается сильно, уверенно, держа ее за бедра. Диван скрипит и стучит ножками по полу. Он говорит ей те же грязные слова, что и ночью, может быть, еще громче, еще наглее, зная, что я ушел и никто не помешает. А она... она отвечает ему. Не стонет, а говорит. Шепчет что-то в ответ, какие-то пошлые, неприличные фразы, которые никогда не говорила мне. Просит его сильнее, глубже. Они кончают быстро, яростно, почти одновременно. Он с тихим рыком, вдавливая ее в мягкую спинку дивана. Она с протяжным, срывающимся стоном, ее тело бьется в конвульсиях, которые он удерживает своими сильными руками. Потом они лежат какое-то время, он на ней, оба мокрые, тяжело дыша. Потом он поднимается, идет на кухню умыться. А она лежит, растрепанная, развратная, счастливая, и смотрит в потолок, чувствуя, как его сперма вытекает из нее на ткань дивана...
«Мужчина!!!, вы выбираете?» - голос продавца выдернул меня из этого сладкого, мучительного кошмара. Я моргнул и увидел перед собой пожилого мужчину в униформе, который смотрел на меня с беспокойством.
— Да... да, - пробормотал я, хватая первую попавшуюся упаковку яиц. - Вот эти.
Я расплатился, не глядя на сдачу, и вышел на улицу. Утро было пасмурным, серым. Я закурил, прислонившись к стене магазина, давая им еще немного времени. Пять минут. Десять. Я представлял, как они теперь, уже придя в себя, торопливо приводят себя в порядок. Он заправляет рубашку, она бежит в ванную, чтобы смыть с себя следы его семени. Они стараются стереть все улики, сделать вид, что ничего не было. Я дошел до дома, медленно поднялся на лифте. Они сидели на кухне - гостиной. Егор на том самом диване, развалившись, с кружкой кофе в руках. Зина на стуле напротив, закутавшись в свой халат, с мокрыми от недавнего душа волосами. Они разговаривали о чем-то нейтральном кажется, о погоде за окном. Воздух был проветрен, пахло кофе и свежестью.
Ничего не выдавало недавний секс этих двух людей кроме как замятого дивана, который до моего выхода был аккуратно заправлен.
Настоящий спартанец