этом уверен. Я имею в виду, наверное, странно иметь живую, дышащую копию себя, с которой можно взаимодействовать. Было бы еще более странно, если бы они не делились друг с другом всем.
Прошло несколько месяцев, а изменения продолжали проявляться. Теперь на яхте жили только мы двое. Но мы оба упустили важную часть нашей прошлой жизни. Я имею в виду... Я потерял свою жену, а Джейн потеряла своего близнеца. И возникший эмоциональный вакуум начал сближать нас.
Таким образом, мы провели много почти романтических моментов, потягивая хорошее красное и наслаждаясь прекрасными закатами над Неаполитанским заливом. Я серьезно... было просто естественно поделиться чем-то подобным с другим обитателем лодки.
Я всегда считал Джейн самой слабой из двух близняшек. Папины деньги защищали ее от любых последствий. В отличие от Дженни... Джейн совершенно не интересовала общая картина или ее роль в ней. Так что она наслаждалась жизнью, как тот толстяк за шведским столом "все, что ты можешь съесть".
Я не высказывал моральных суждений. Джейн была такой, какой она была - беззаботной певчей птичкой без всякой глубины души. Она была великолепна, как и ее сестра Дженни... умна и исключительно остроумна. Если вам нужно было остроумное замечание... вы всегда могли рассчитывать на то, что Джейн сделает это.
Но Джейн жила настоящим моментом, не задумываясь о последствиях своих поступков. Это было как нельзя более верно в отношении ее подхода к вечеринкам, который напоминал пресловутого ребенка в кондитерской. Она хваталась за удовольствие везде, где могла его найти, включая многих мужчин в своей жизни.
Теперь казалось, что потеря Дженни сделала Джейн взрослее. Потому что она стала гораздо более трезвой и вдумчивой. В ней не было той легкомысленной болтовни и поверхностного интереса к моде и к тому, как сделать себя красивее, которые были отличительными чертами Джейн.
Джейн играла второстепенную роль в этой драме до того, как произошло событие, которое так жестоко разрушило смысл нашей жизни. Теперь мы работали и жили в странной новой реальности, где понимали, что кого-то не хватает. Но у нас были друзья, и мы нуждались друг в друге.
Это была странная ситуация, потому что Джейн была зеркальным отражением Дженни. Это приводило к неприятным моментам, когда я на мгновение забывал, что Джейн - это не Дженни. Я наблюдал, как Джейн занимается чем-то обыденным, а затем резко просыпался, как будто задремал за рулем, что на самом деле было хорошо. Потому что в противном случае... Я мог бы справиться с чувствами, таящимися там, под поверхностью.
Сначала Джейн спала на своей половине катамарана, а я - на своей. Но в конце концов до нас обоих дошло, что нет смысла проводить ночь в одиночестве и отчаянии, когда человек, переживающий ту же потерю, испытывает точно такие же эмоции всего в семи метрах.
Итак, однажды вечером мы ели великолепное ризотто, приготовленное Джейн на скорую руку. Она готовила в точности как Дженни. Я подумал, может, это генетическое. В любом случае... У меня была особенно тяжелая ночь, и я рассказывал об этом Джейн. Я сказал: - Я просто не могу заснуть, если Дженни не будет лежать рядом со мной. - Джейн рассмеялась и сказала: - Я понимаю... хотя я не скучаю по Стиву, мне не хватает мужского тела, которое согревало бы меня по ночам.
Хлоп... Этот кот был полностью раскрыт. Я сказал как бы невзначай: - Ну, ты могла бы переспать со мной. Но никакого секса. Ты моя свояченица, так что это было бы почти кровосмешением, и мы в Италии, а не в Западной Вирджинии.
Моя Маринка сходила в гости