как нормальный мужик! Твоя пидорская малолитражка всю семью позорит.
— Как скажешь, пап, - я вернулся к еде.
— А ты что, солнышко? Как твои дела? - отец обратился к сестре.
— Ой, папуль, я хорошо! Мы с одноклассниками пару раз собирались в библиотеке, начали готовится к учебе! - умеет сестрёнка ему приврать и выжать его улыбку. Сам я вспоминал как на этой недели ее лишили девственности огромным дилдо. А затем несколько часов неистово драли машиной для ебли, на глазах тысяч зрителей. Не слишком похоже на занятие библиотеке.
— Умничка! Скоро колледж, вырастешь, упорхнешь от меня старика, - отец наклонился и слюняво поцеловал Кристи в щёчку.
— Настоящая красавица выросла у меня! - он грубо потрепал ее бедро рукой словно одобряя ее тело.
— Ну пап, что ты! - Кристи выкрутилась от его ладоней. Она бросила мне взгляд. Едва заметный, но красноречивый. Я давно подмечал что его попытки обнять и погладить Кристи становились все менее отцовскими. Меня отец избивал по пьяни, но сестра побаивалась его не меньше.
— Это уже второй ящик пива за вечер? - я спросил как будто невзначай.
Мой отец может напугать при желании. При своём росте за 2 метра и под 120 кило мышц взрощенных на плодородном солнце Техаса. Черные волосы с проступающей сединой, недельная щетина, жёсткая как стальная щётка. Пронзительный взгляд человека бывавшего на войне и убивавшего там людей. Когда он смотрит на тебя не мигая сложно устоять.
— А ты что, считаешь мое пиво, сынок? - отец акцентировал внимание на последнем слове. Он меня усыновил, но с рождения Кристи перестал считать своим ребенком.
— Просто хотел попросить баночку, - я беззлобно улыбнулся. Я научился противостоять его взгляду давно.
— В холодильнике. И мне захвати пару банок.
Я встал из-за стола и пошел на кухню. В холодильнике достал упаковку пива, а в аптечке таблетки. Мощное снотворное Пен***тал и две таблетки Виагры. Быстро растолок ножом о столешницу и смахнул в открытую банку. Сегодня отец будет спать как убитый с каменным стояком.
Я вернулся к столу и потянул отцу банку с ядерной дозой препаратов.
— Будем? - я протянул ему свою банку, чтобы чекнутся.
Отец несколько секунд смотрел на мою руку.
— Обойдусь.
Он встал из-за стола и пошел в гостиную, побрезговав выпить со мной.
Мы с Кристи доели ужин и разошлись по комнатам. Их гостиной гремел телевизор и комментарии отца о игре. Его любимая команда стабильно проигрывала сезон.
Я чувствовал себя обплеванным. Мало того что тянет из меня все деньги, так ещё и обращается как с дерьмом! Я хочу чтобы он заплатил за мое унижение! Хотя бы раз в жизни почувствовал каково это, быть униженным и беспомощным. Но куда там. Он всегда был на вершине. Рекордсмен школы по забитым мечам в одном сезоне, оставил спорт чтобы служить своей стране. Вернулся чтобы женится на самой красивой девушке города, открыл свой бизнес. Воплощение американской мечты! Только с детьми не везло... Приемный ублюдок, а дочь шалава... Я зло курил, пока в голове созревал план моей мести.
В полночь спустился вниз. В гостиной я увидел пугающую картину. На большом телевизоре крутился какой-то убогий порнофильм времён когда мохнатки были в моде. Сильно потрёпанная жизнью шмара фальшиво стонала, пока усатый толстяк пытался трахнуть её дряблые зад. На диване, запрокинув голову назад, сидя спал отец. Пустые пивные банки раскиданы по полу, кажется он пил пока не отключится. Штаны и футболка валяются у ног. От ног откровенно разит не свежими носками. Его широкая, волосатая грудь глубоко и мерно вздымались с утробным храпом. Венчал композицию
Осенние зарисовки