за спиной Нелли, и она ничего не подозревает? Маловероятно…
— Формат журнала не предполагал гендерных вольностей, - я спокойно пояснял, словно не заметил реакцию собеседника. – Пришлось показать нескольким людям, проверяя, не заметят ли они подвоха…
Вообще-то, формат журнала предполагал ещё и не такое, но мы с женой об этом не упоминали посторонним. Как и то, что именно перед этой съёмкой Ника заставила Ангела впервые взять меня в попу. Она решила, что именно это заставит его почувствовать себя настоящей женщиной. Ощущение живого члена настолько завело меня, что я кончил без разрешения. К тому времени, Ника давно отучила меня от произвольного семяизвержения жестокими наказаниями. В тот раз она лишь рассмеялась, глядя на моё побледневшее от страха лицо. Я едва удержался от повторного преступления, такая волна любви и нежности к этой чудесной женщине окатила меня. Отказаться от наказания, за столь серьёзный проступок… Наверное, только дозволение жены проникнуть в её шоколадную дырочку приводило меня в больший экстаз.
— Если не секрет, что за журнал?
— Не секрет, но есть некоторые издания, которые распространяются только по подписке, - вот в этом, я не соврал. – Даже у нас остались только фотографии.
— Нет! Я не покажусь в таком… - раздался возмущённый голос из соседней комнаты.
— Ещё как покажешься! – одними интонациями голоса Ника могла подавить любое сопротивление. – И наденешь нормальные трусики, вместо своих ужасных тряпок! Или я сама надену, и покажусь перед твоим мужем!
— Ника, ну пожалуйста… - теперь в голосе слышалась мольба.
— Угадай, какой выбор он сделает? – продолжала напирать жена. – Уникальная возможность, почувствовать себя настоящей женщиной! Властительницей! И что в ответ? Стесняется она!
— Ладно… Хорошо… О-о-о… Они немного жмут…
— У тебя задница роскошней моей, - когда попытки протеста сломлены, можно и польстить. – Не переживай, для такого наряда это в плюс.
— Оставь в покое мою задницу! Сиськи почти вываливаются!
— И что в этом плохого? Мы не в театр собираемся, - Ника легко добивала очаги сопротивления. - Не натягивай, у тебя шикарная грудь. Кроме наших мужей, никто не увидит.
— Ты фотографировать хотела?
— Я хотела. Но если ты против, не стану же настаивать! – не станет. Она докажет, что ты сама этого хочешь. – Давай, выходим!
Догадывался, во что нарядила её Ника, но результат оказался впечатляющим. Строгое белое платье плотно обтягивало фигуру Нелли, так что можно было безошибочно определить расположение пупка и сосков. Длинные волосы рассыпались по обнажённым плечам, а пытливый взгляд уставился на муже.
— Тебе нравится?
— Не то слово! – восхитился он. – У тебя даже походка изменилась.
— Эти ужасные каблуки! Ника заставила их одеть, - женщина прошлась перед нами, покачивая изгибами бёдер. Узкая резинка трусиков была заметна только на них, скрываясь на талии. Круглые ягодицы аппетитно подрагивали при каждом шаге, а в вырезе платья показались ореолы сосков.
— Они по-другому на тебя смотрят? – напомнила о себе Ника, оставаясь у арки и поднимая фотоаппарат. – Ты позволишь?
— Да-а-а… Мне приятно, как они на меня смотрят, - кокетливо хихикнула женщина. – Если эти фото никто не увидит…
— Могу гарантировать, - жена присела на корточки, делая снимки. – Присядь на кресло. Сравнишь потом фотографии на шезлонге. Откинься, расслабься…
Элегантное платье продолжало держать фигуру, а плотные трусики надёжно скрывали промежность. Я думал, Ника выберет что-то более… откровенное.
— Мальчики, вы хотите эту женщину? Как женщину? – поинтересовалась жена, и теперь это не вызвало бурное возмущение Нелли.
— Скажешь тоже, - она пошевелила бёдрами и чуть развела колени.
Попарились (продолжение)