промолчать бы вряд ли смогла. В последующие минуты ее доминант был более чем жесток, решив, что сейчас самое лучшее время для проявления своих садистских наклонностей.
После десятого удара девушка уже не кричала, а буквально орала, изредка прерываясь на рыдания и всхлипы. Слушая все эти душераздирающие звуки, Кирилл не находил себе места. Ему было невероятно жаль свою любимую, но он уже прекрасно понимал то, что эта экзекуция была ее осознанным выбором. Если бы Юля хотела, то могла бы все прекратить, подняться на ноги и уйти в любую секунду. Об этом свидетельствовали не только заявления ее новоиспеченного Хозяина, но и покорное поведение самой девушки.
— Поднялась! Быстро! Жопу выше! Еще выше! – стало звучать из комнаты.
Юля все же периодически не выдерживала, а ее стойкость и терпеливость стали давать сбои. Девушка активно виляла попкой, безуспешно пытаясь увернуться от жалящих ее ударов, а иногда и вовсе падала на пол от бессилия и невозможности вытерпеть сильнейшую боль.
Кирилл продолжал сходить с ума от гнева, обиды и бесконечного возбуждения. Он ужасно злился на Игоря, с трудом сдерживаясь от того, чтобы вернуться и накинуться на него с кулаками. При этом парень каждой клеточкой своего тела сочувствовал и жалел Юлю, мечтая спасти ее от безжалостного садиста. Однако, еще более сильным и навязчивым чувством было его желание подрочить... Кирилл сейчас отдал бы все, что угодно лишь ради того, чтобы «его открыли» и дали хотя бы минуту на то, чтобы опустошить свои яйца. Хотя, кого он обманывал: в его состоянии на это парню хватило бы и десяти секунд.
Внезапно Кирилл осознал, что несмотря на то, что его выгнали из комнаты, никто не запрещал ему смотреть на происходящее со стороны. Вопли его жены разлетались по всей квартире, поэтому прокрасться в коридор незамеченным под эти страшные звуки не составило большого труда.
Увиденное поразило парня до глубины души. Столь обожаемая им девушка все еще стояла на коленях в указанной доминантом позе, как раз повернувшись своей истерзанной задницей к дверному проему. Уткнувшись руками и лбом в пол, Юля мелко тряслась от боли и дискомфорта, от чего ее аппетитная грудь болталась из стороны, периодически падая на паркет.
Попка девушки представляла собой страшное зрелище: ее цвет преобразился из красного в ярко алый, а в самом центре ягодиц уже проявились ужасные ссадины. На следующий день они грозили превратиться в долгозаживающие синяки, но до завтрашнего дня нужно было еще дотерпеть. А Юлино терпение было уже на исходе: ее вопли звучали все громче, а когда садист принялся хлестать девушку еще по более нежным частям ее тела – по ляжкам, то крики перешли в завывание.
Чувства жалости к своей возлюбленной и опасение за ее физическое здоровье и психологическое состояние достигли у Кирилла самого пика. Тем не менее, он продолжал исподтишка подглядывать за ее страданиями, продолжая сходить с ума от перевозбуждения.
Особое впечатление на парня произвел тот факт, что большая анальная пробка все еще находилась в недрах ануса его жены. Ее широкое основание выразительно чернело на фоне алых ягодиц девушки. Кирилл с восхищением подумал: «Сколько она уже ее терпит!?», совсем позабыв, о том, что и в его заднице сейчас пряталась аналогичная игрушка, правда в несколько раз мельче.
Анальная пробка действительно все это время продолжала растягивать анус извращенки, от чего девушка переживала довольно смешанные ощущения. Дискомфорт от ношения немалой игрушки был довольно велик, но он терялся на фоне остальных переживаемых ею чувств. Более того, во время экзекуции, когда ее сфинктер то и дело напрягался и расслаблялся после очередного удара, Юля начала
Кодапу