Утром было совещание, нас оформили в штабе и мы отправились на завтрак. Там рядом и будочки “МЖ” – это парни могут за любым кустом, а вот как быть девушкам? Ведь им труднее всего на войне! Так что эти будочки их здорово выручили! В общем, пока всё нормально. Наконец меня принял Жуков.
Я ему доложил о выполнении, показал личный состав, а что так мало – не все прошли отбор, там мол было в школе пять человек на одно место. Жуков подумал и приказал через час зайти в строевой отдел. А я так аккуратно попросил передать мне в свой взвод “безлошадных” танкистов. И вскоре я ознакомился с приказом.
Теперь я старший лейтенант, командир особого взвода резерва штаба 1 армейской группы. И со мной ещё 20 танкистов из экипажей подбитых танков БТ-7, но все они стрелки-пулемётчики. Ведь в БТ-5 и в БТ-7 отличные “Дегтяри” – танковые пулемёты, с пистолетной рукояткой, прикладом и диском на 63 патрона сверху. А я ещё на складах выпросил диоптрические танковые прицелы, именно для наших пулемётов, но, что и естественно, сунув кладовщику всего 200 рублей и коньяк. Теперь он мой лучший друг. И всегда готов "помочь"!
Я провёл рекогносцировку и совместно с командиром 234 отдельного батальона решили укрепить оборону – тут японцам очень хорошо наступать. Так и вышло, тут они и атаковали, но... Но тут и полегло этих самураев около трёх тысяч – стена огня из 20 пулемётов, да с диоптрией, да девушки с небольшого холма ловко перебили всех японских командиров. Они махали своими саблями, направляя своих солдат, а девушки своим метким огнём отправляли этих лихих “саблистов” к своей богине Аматэрасу. Отдохнуть им в райских японских садах. Набегались уже!
И ещё и два БА-6 на звуки боя примчались, как я с ними договорился. Конечно, вот артиллерия японцев с ними бы довольно легко расправилась, но вот против самой японской пехоты – там у них получилась просто мясорубка! Пушка 45 мм и два пулемёта! Так что вскоре девушки получили по медали “За боевые заслуги”, а я – даже орден Красной звезды. Комкор Жуков, приехав и осмотрев поле нашего боя, даже он сильно впечатлился.
Японцы повторили атаку, да явился дивизион бронеавтомобилей, и весь первый полк японской дивизии полёг. И от японской бригады только брызги полетели. Да и мои пулемётчики не дремали! Вот и от командного состава 6 японской армии остались ошмётки – мои умелые красавицы по четыре обоймы истратили на этих узкоглазых “саблистов” с фамильными катанами! Но об этом я узнал уже потом. А сам пристрелял в высокому для японца командиру, точно попав ему в сердце - а потом я узнал что это был командир 23 японской дивизии генерал Комацубара.
А в ту самую ночь я сидел в развалинах столовой и мы все с аппетитом уплетали гречку с тушенкой – ту самую, которую не успели съесть за обедом. Война! Гречка была холодная, жир от тушенки застыл, но мы были уверен, что никогда раньше не ели такой вкусной еды. Ещё бы – не ели целый день! А голод - лучшая приправа! Война! Хоть и неизвестная почти, не объявленная, но война!
Ночами мы пока спали в машине, “обломав” интендантов – там у нас весь наш такой секретный специальный боезапас, снайперский, сухие пайки и запчасти к винтовкам. Я им сразу - давайте расписку, что сохраните в целости секретные оптические прицелы, так они сразу сдулись. Всё им "дай", а у них снега зимой не выпросишь!
Так всё могло бы случиться...