не принадлежит тебе. Всё принадлежит им, твоим новым друзьям! А ты рада, если они этим пользуются!
Такие мысли крутились в твоей голове. Но осознав их, тебе вдруг стало не по себе. Снова вернулось смущение и замешательство. Снова одолело сомнение в нормальности происходящего.
Член уже давно покинул твой рот и Аркадий застегнул ширинку и оправился. А ты всё стояла на коленях и сконфужено смотрела на них, на своих друзей. Для них же, словно ничего и не произошло.
Таня подошла к тебе и взяла из твоих рук свою куртку, затем протянула тебе салфетку и подала руку. Ты опершись на неё, поднялась и вытерла салфеткой губы. Они, не дожидаясь тебя, направились к тропинке. Ты окликнула их:
"Стойте! Подождите меня, пока я тоже пописаю."
Они остановились и оглянулись.
"Ты писать собралась?" почему-то переспросила Тамара.
"Да." ответила ты и расстегнула пуговицу на джинсах, готовясь их стянуть.
"Нет!" сказала Тамара. Её тон не подразумевал возражений. Она подошла к тебе.
"Застегни! И не вздумай их снимать! Потерпишь!"
"То есть как? Я не дотерплю до корпуса!" чуть не плача проговорила ты.
Тамара пристально посмотрела на тебя. Ты не смогла выдержать её взгляд и опустила глаза. Ты сейчас стояла перед ней, как провинившаяся школьница перед учителем.
"Пожалуйста." тихо промолвила ты.
" Что?" Тамара наклонила голову к тебе и строго добавила: "Говори громко и чётко!"
"Пожалуйста!" теперь уже громче повторила ты. Если б тебя сейчас кто-нибудь спросил, почему ты стоишь и просишь у подростка разрешения, ты б не смогла ответить, но и по другому ты поступить тоже не смогла бы. Ты просто где-то внутри себя знала, что не имеешь права ослушаться.
"Что, пожалуйста?" Тамара схватила тебя за подбородок и подняла твоё лицо. "Смотри мне в глаза и отвечай полным предложением! Чтобы все слышали!"
"Пожалуйста, разрешите мне пописать!" проговорила ты, следуя приказу.
"Вот, так бы и сразу! А то мямлишь тут!" Тамара повернулась к остальным и кивком подозвала их. Когда они подошли, она сказала:
"Хорошо! Начинай!"
Ты с облегчением вздохнула и снова потянулась к джинсам, чтобы снять их.
"Стоп!" услышала ты окрик девушки. "Я тебе разрешила только пописать. Раздеваться я тебе не разрешала!"
"Как?" растерянно спросила ты.
"Вот так! Ты говоришь, что не можешь терпеть, так не терпи! А оголятся для этого не обязательно! И кстати, можно даже стоя! Как мальчики!" она ухмыльнулась. "Давай: или писай, или пошли! Мы тебя долго ждать не будем!"
Ты оцепенела, представив, как это будет: или ты пойдешь и всё равно не дотерпишь до санатория, потому что сейчас твой мочевой пузырь после того, как Аркадий опустошился в тебя, готов был взорваться внутри, или же ты подчинишься этой девчонке и тебе придётся идти дальше в мокрых джинсах, которые, скорее всего не высохнут до прихода в санаторий и все проживающие станут свидетелями твоего позора. Но ты ни на секунду не сомневалась в том, что должна повиноваться Томе.
Из оцепенения тебя вывело прикосновение чужой руки. Это Аркадий подошёл к тебе ближе и погладив тебя по лицу и склонившись к твоему уху, прошептал:
"Не бойся! Если что, я найду возможность тебя прикрыть."
Да, он угадал твои страхи и попытался тебя успокоить. И за это ты была ему бесконечно благодарна. Ты чуть повернула лицо и, как преданная собака поцеловала его ладонь, которая всё ещё лежала на твоей щеке.
Подошла Таня и оттолкнув его от тебя, присела перед тобой на корточки.
"Начинай! Не заставляй народ ждать!" С этими словами она засунула свою холодную руку тебе под свитер и с силой надавила на твой живот.
В первое мгновение ты даже не поняла, что уже писаешь. Ты ведь впервые делала это в одежде.
Поход за ягодами