называется — «молчанка». На счёт три, ты закроешь свой рот и будешь молчать, и если ты произнесёшь хоть слово — то ты проиграл. И можешь убираться отсюда на все четыре стороны, а я выложу видео, где ты стоишь на коленях и называешь себя шлюхой. Ты согласен?
— Да, хорошо, — ответил Дима.
— А чтобы тебе легче было молчать — запихни себе в рот мои трусики.
— Но они в сперме, — тихо проговорил Дима, — чья это сперма?
— Это сперма Паши — тебя это удивляет?
Дима опять возбудился. Его член вновь встал и он глубоко задышал.
— Тот, перед кем я, как ты сегодня выразился засветила свою пизду, — вновь сказала Настя.
Дима смотрел на трусики грустным взглядом.
Настя подошла к дивану и села, широко раскинув ноги и взяла в руку телефон.
— Ну что, я выкладываю видео или ты запихаешь в рот мои трусики в сперме?
— Да, сейчас, — произнес Дима и начал засовывать трусики себе в рот. Настя все это время смотрела на него.
— Хорошо, — произнесла она, когда Дима закончил, — помассируй мне ноги, я устала.
Дима сел рядом и взял её стопу в руки начал массировать. Он чувствовал во рту чужую сперму, ему было неприятно, но он решил терпеть ради неё.
Настя взяла телефон и кому-то начала звонить.
— Алло, — услышал он голос её подруги Даши, — я уже думаю — когда ты позвонишь, вся в нетерпении твоего рассказа. Ну как ты?
— Я прекрасно, — ответила Настя с улыбкой, — меня так давно не трахали.
Произнося последнюю фразу, она мельком взглянула на Диму, который смотрел на неё страдальческим взглядом.
— Ну короче мы танцуем и он засовывает мне руку под платье и берет за задницу. Я говорю ему: «смелый шаг», а он мне говорит: «тебе нравится?». Я говорю: «возможно». И тогда он засовывает руку мне в трусы и палец прямо во влагалище, — я тут же вся потекла. Говорю ему: «уведи меня отсюда».
И он берет меня за руку и ведёт в свой номер. Мы заходим в лифт и едем наверх. Он говорит мне: «раздевайся». Я ему отвечаю: «а если кто-то будет на этаже?», а сама думаю, что сделаю всё что он прикажет.
Дима чувствовал сильное возбуждение и одновременно слезы текли по его щекам.
Настя продолжала:
— Паша мне отвечает: «наплевать». И я снимаю с себя платье и трусики и остаюсь стоять голой. Открываются двери лифта. Никого нет. Он берёт меня за руку и ведёт по коридору. Я иду голая и вся возбуждённая. Заходим в номер и он закрывает дверь и смотрит на меня молча. Я встаю на колени и он вдруг как даст мне пощёчину. Я от этого чуть не кончила на месте. А он засовывает мне палец в рот и спрашивает: «нравится сука?». Я киваю головой а сама расстегиваю ему ширинку, ремень и спускаю с него штаны. Потом спускаю трусы и вываливается его здоровый член — я просто беру его сразу в рот и начинаю отсасывать.
Дима сидя на полу застонал, но продолжал делать массаж.
— Паша мне командует: «руки опустила» и берёт за волосы начинает просто жёстко трахать меня в рот. Я пытаюсь стонать, слезы льются, его член входит мне прямо в горло, он зажимает мне нос и я чуть не задыхаюсь — начинаю руками отталкиваться от него. Он отпускает меня, вытаскивает член и снова бьёт мне пощечину. Потом берёт за волосы, разворачивается и наклоняется — я лижу ему анус.
Супружеская прозрачность