то видать остались недовольны. Между сутенером и ними вспыхнула ссора... Ну а дальше мы уже знаем. Получается Устинова правду говорит... Ну а что со второй свидетельницей? «Мамкой»?
— «Баржа». .. Так она тоже в шоке. Но говорить начала.... Предварительно, все подтверждает... Хотя...
— Что хотя? – тут же насторожился Игнатьев
— Да следак говорит, что «Баржа» напугана буквально до чертиков, и боится она не только трупов, а еще чего то... Но я думаю что она просто в шоке. И вообще, было бы странно, не испытывать чувство страха, после того как на твоих глаза произошло убийство 4-х человек...
Если бы в офисе сауны работала камера наблюдения, то начальник управления и его зам, увидели, чего, а точнее кого боится «мамка». Устинову, которая после того как вложила окровавленный нож в руку убитого Ашота, «просит» «Баржу» подтвердить на допросе, что первого бандюка зарезал именно сутенер... И увидели бы, как голая и окровавленная «шлюха», нависая над «мамкой», просит ее о том же самом, но на казахском языке...
Если бы начальник управления увидел бы это, то тогда «Барже» уже пришлось бы и сознаться, что больше всего ее напугало дикое выражение лица «шлюхи», и безумие которое она увидела в ее глазах... А еще, «Баржка» повторила бы фразу, которую дикая шлюха буквально выплюнула в перепуганную морду «мамки». Фразу «проститутка» произносила на казахском языке, но «Баржа» не зная его, в тот момент поняла каждое слово.
— «Если ты, сука не сделаешь то что тебе велит Крис, то я вскрою твое горло от уха до уха»
«СИЗО»
В автозаке, вместе с Яной «ехало» еще 10 женщин. А точнее будет сказать, что это она ехала с ними.
Адреналин у Бекбаевой уже давно улетучился, и сейчас девушка пребывала в состоянии ШОКА, и это неудивительно – ведь она впервые в жизни убила человека. Да это был бандит, который сам грабил и убивал... но он был человек и Яна убила его.
«ОТКАТ» Бекбаева поймала еще в кабинете у следователя, куда ее доставили прямо с места преступления. Девушку всю трясло, она заикалась и казалось вообще не соображала о чем ее спрашивает следователь...
В обезьяннике, а Яна просидела в нем около часа, «обитатели» конечно же косились на полуголую красавицу, а Яну так и доставили в отдел в короткой юбке, такой же короткой блузке и «лабутенах», других вещей у Яны не было. Но толи ее дикий «безумный» взгляд, то ли то, что ее красивое тело было перепачкано, уже засохшей кровью, заставляли «местных обитателей» держаться от нее подальше...
По прибытии в СИЗО, арестанток сразу же повели в «каптерку», помещение-«кладовку», где описывают и оставляют все, что не положено проносить в изолятор.
В «очереди» Яна стояла 4-й, и когда сотрудница СИЗО удивленно спросила у девушки – «Неужели у той действительно ничего нет», одна из арестанток не удержавшись, воскликнула – «Гражданка начальница, а у нее и не может быть ничего! Говорят, ее в сауне прямо с члена сняли! Шлюха она! А у них кроме тела – ничего и нет! Так что «все при ней», она все при себе носит»!
Живая очередь захихикала, но одна из арестанток, неожиданно, очень уверенным голосом оборвала «шутницу»
— Пасть закрой свою, балаболка! На той сауне говорят, 4-х порешили. А одному, так вообще, горло от уха до уха вскрыли!
«Шутница» резко обернулась на голос, собираясь «включить ответку», но встретившись с уверенным, тяжелым взглядом арестантки, тут же отвернулась в другую сторону...
После того как 10 новоприбывших «отстрелялись» в каптерке, их повели на медосмотр. Уже другие сотрудницы СИЗО, спрашивали у них, был ли контакт с туберкулезным
Сами