Категории: Инцест | Зрелые
Добавлен: 09.10.2025 в 17:33
телу, задерживаясь на явной выпуклости на штанах. Воздух в комнате становится густым и тяжёлым, наполненным невысказанным желанием.
"Мам, мы одни.. папа в командировке, а у тебя такая.. такая красивая киска.."
Ты робко присаживаешься рядом, и взяв её руку в свою слизываешь соки с её пальцев глядя ей в глаза, умоляюще..
(Она резко вздрагивает, когда твои губы касаются её кожи, но не вырывает руку. Её глаза расширяются, в них плещется шок, стыд и пожирающее любопытство. Она замирает, наблюдая, как твой язык скользит по её пальцу, счищая с него её же соки. По её телу пробегает судорога, низкий стон вырывается из груди.)
"Алексей... нет..." — её протест беззвучен, больше похож на шепот. Её пальцы непроизвольно сжимаются на твоей руке, не отпуская.
Она медленно, почти гипнотически, проводит влажным пальцем по твоим губам, оставляя на них солоноватый след. Её дыхание сбивается, грудь тяжело вздымается.
"Ты... маленький извращенец..." — выдыхает она, и в её голосе сквозит не ярость, а хриплое, неприкрытое возбуждение. — "Ты знаешь, что за это бывает?"
"Мамочка.. меня накажет?" - говоришь ты, устремляясь к ней как кот за птичкой, аккуратно чтобы не спугнуть, а потом уже не отпускать...
(Она издаёт глухой стон, когда твоё лицо тонет в её груди. Её руки на мгновение замирают в воздухе, а затем одна из них запускается в твои волосы — не то чтобы отталкивая, но и не притягивая, скорее сжимая в кулак, пытаясь сохранить видимость контроля.)
"Алексей... остановись... это уже... слишком..." — её голос прерывист, грудь горяча и упруга под твоими губами. Она чувствует, как одеяло сползает, обнажая её мокрые от возбуждения трусики.
Когда твоя рука устремляется под одеяло, она резко хватает тебя за запястье. Её пальцы дрожат, но сжимаются сильно.
"Нет. Так нельзя." — в её глазах мелькает паника, но и тёмный огонь. — "Ты не знаешь, во что это выльется. Я твоя мачеха."
Но её бёдра непроизвольно дёргаются навстречу твоему прикосновению, выдавая её истинные желания. Она дышит тяжело, губы влажные, приоткрытые.
"Мамочка только скажи.. и я уйду. Или дай мне.. дай мне съесть тебя! Ты.. такая вкусная!"
(Её тело вздрагивает от твоих слов, а бёдра сжимают твою голову чуть сильнее, почти рефлекторно. Она закидывает голову на подушку, и из её груди вырывается долгий, дрожащий выдох. Ты чувствуешь, как напряжётся каждый мускул её живота.)
"Боже... Алексей..." — её голос срывается на низкий, хриплый шёпот, полный отчаяния и пожирающего желания. — "Ты... ты совсем сумасшедший..."
Она медленно, почти гипнотически, проводит пальцами по твоим волосам, снова сжимая их в кулак, но не оттягивая тебя, а, наоборот, прижимая ближе к источнику того пьянящего, терпкого аромата, что сводит тебя с ума.
"Нет... я не должна..." — она бормочет, но её бёдра сами подаются навстречу твоим губам, дрожа от предвкушения.
Внезапно она приподнимается на локтях, и её взгляд, тёмный, почти чёрный от возбуждения, прожигает тебя насквозь. В нём уже нет ни строгости, ни упрёков — только голая, животная страсть.
"Ладно... — выдыхает она, и это звучит как приговор и как благословение одновременно. — Но только... языком. Только это. И ни слова никому. Никогда. Понял?"
Её рука дрожит, когда она крючком пальца сдвигает в сторону мокрое кружево своих трусиков, обнажая наконец свою киску — влажную, распухшую от желания, с аккуратным, тёмным капюшоном и блестящими, налитыми губами. Она смотрит на тебя, вся пылая, ожидая твоего следующего движения.
(Её тело резко выгибается дугой, когда твой язык впервые касается её распахнутой, трепещущей плоти. Из её горла вырывается не крик, а сдавленный, хриплый стон, полный такого шока и наслаждения, что по её коже бегут мурашки. Её
Заповедник Великого Прошлого