Камера Яне «досталась» средняя по вместимости, рассчитанная на 10 человек..
Решетчатое окно и массивная дверь с окошком, через которое подают еду («кормяк» - девушка откуда то вспомнила название), обеденный столик, туалет закрытый «фанерой»...
Кровати были двухъярусные («шконки» - Яна снова вспомнила название). Девушке еще повезло, что в камере оказались «свободные места», иначе бы ей не то что нижнюю шконку пришлось выбивать, а ей даже верхняя вряд ли бы досталась. По неписаным законам «зоны», нижние шконки положены исключительно тем, кто сидит уже не в первый раз. А учитывая легенду, а значит и покорность, Яна постоять за место не смогла бы и ей, во всяком случае первую ночь, пришлось бы провести на полу, на своем матрасе.
«Старшая» арестантка, смотрящая за камерой бросила на Яну ничего не выражающий взгляд но «койку» ей все таки выделила.
По тому что в камере был холодильник с телевизором, девушка поняла, что ее еще определили в «богатую» камеру.
А вот кормили в СИЗО до отвратительного плохо. Первую «кормежку» Яна даже съесть ничего не смогла. Ей показалось, что еда пахнет тухлятиной. Хотя скорее всего так пахла «свиная поджарка», которая была в пустом супе с неочищенным картофелем и «овощами», и в макаронах. А вот на ужин была только капуста, и Яна на удивление смогла ее проглотить.
Говоря по правде, Бекбаева вообще не понятно как, а главное в качестве кого провела бы свою первую ночь в камере, если бы не Соколова. Как Яна позже узнает, Катя, используя личные связи отца, смогла передать девушке и одежду, которую она тут же и одела вместо своей коротюсенькой юбки и блузки... Даже увереннее себя стала чувствовать, настолько изменился ее внешний вид. Но главное, что Соколова передала Яне так же и еду и именно этот факт, а точнее то, что Бекбаева поделилась «дачкой» со всеми сокамерницами, помог ей без приключений, провести первую ночь.
Несмотря на то, что «дачка» зашла в камеру уже после 8-ми вечера, Яна стала выкладывать из пакета продукты на стол и все зечки тут же сгрудились вокруг нее.
То ли Соколова знала, что Яна будет кушать не одна, то ли просто угадала, но в «дачке» чего только не было. Сыровяленая колбаса, сало, как соленое так и копченое, сыр, масло, печенье, конфеты, фрукты, овощи и зелень. В отдельном пакете лежали копченые куры, в количестве 10 штук...
Пока Яна выкладывала на стол продукты, в камере стояло гробовое молчание... И лишь только после того, как одна из зечек, громок проглотила слюна, Яна пригласила всех угощаться.
— Ну что вы стоите как неродные, девки. Присаживайтесь, угощайтесь! Я одна столько не съем...
По конец трапезы, когда на столе по прежнему оставалось куча еды, зечки наевшись, начали хвалить и Яну и угощение
— Это же надо, я таких деликатесов и на воле не ела!
— И не говори! С такими харчами в камере всю жизнь просидеть можно!
Арестантки засмеялись, а «старшая» неожиданно спросила у Яны
Это кто же тебя так «греет» девчуля? Вертухай сказала, что «дачка» от какой то Соколовой К.Г. Кто такая? Мама Твоя?
— Начальница! – тут же ответила Яна и добавила – Я у нее в студии моделью работаю!
— Ну еще бы! С твоей то внешностью! – восхищенно заметила одна из зечек
— Так ты что не шлюха? – «старшая» по камере задала Яне очередной вопрос – А говорят что тебя в сауне, с клиента сняли!
— Нет. Меня на улице схватили какие то отморозки! Я из студии выскочила, в вещах в которых фотопробы делали...
У озера