им, заодно приободрив, главное живой, рассказал пару баек из фронтовой жизни, чем ещё больше расположил к себе соседок, и когда те начали накрывать на стол, разворачивая свёртки с разной едой, решил поучаствовать в застолье - "сидор"полный, да на вокзале прикупил. Они сразу заахали - варёная картошка была, сало и о чудо - копчёная колбаса, целый круг.
— Хотим комнату встолице снять.
— Не надо ничего снимать. У меня в Москве квартира, опечатанная, там поживёте. Будете отцу и мужу печь пироги и разные вкусности готовить и кормить. А токвартира пустует, я часто в командировки езжу. Почему меня жена и бросила...
После этого поехали на квартиру. Управдом был на месте, тот выдал мне мои ключи, запасной я отдал Марии, сам сняв опечатанную бумажку с двери. Участкового конечно он о временных жильцах тот сам предупредит, им нужно будет выписать временный вид на жительство. Когда те уедут, то ключ вернут управдому. Дальше, показав, что в квартире и как, пополнил запас дров на кухне, чтобы им хватило, показал как ванной пользоваться, и я скатался к госпиталю - надо заодно раненного друга проведать.
А извести я Марии и её дочке привез не очень приятные. Её муж, как я понял, уже имел фронтовую любовь, так называемую ППЖ, так что Маше он оставил письмо, мол полюбил другую, прости... Этамедсестра приехла и увезла всвоё село - долечивать! Та конечно сразу рыдать, а я покормил Светочку и уложил её спать... Перемелится, житейская ситуация!
Ну наконец! Маша успокоилась, наревевшись, а я буквально затащил её на кухню. Налил полную рюмку армянского, она махнула, как воду. А когда мы поужинали, я разделся до пояса, нахально затащил Машу в ванную и стал не менее нахально раздевать. А статная кубанская казачка так покорно позволяла мне раздевать и купать её.
Вытер я её и, взяв на руки, отнёс в спальню, положив на вторую кровать, рядом с безмятежно спящей дочкой. Хорошо детям, они не воспринимают наши трудности и просто живут! Но вскоре полуголая Маша пришла ко мне - она не может заснуть. Пришлось мне "присыпать" расстроенную кубанскую казачку. Ну я и постарался! Ах, как хороша, дурак её муж! Но вела она себя безучастно, я то ножки ей раздвину, то в позу поставлю, даже случайно в попен ей засунул. А она ничего, поохала только!
Утром я вновь, по сильному утреннему стояку, ловко раздвинул её полные длинные ножки и вошёл в неё. А она, кончая и сладострастно охая, назвала меня не Евгением, а Мишей... Ну понятно, сразу не забудешь! Но захотела ещё, видимо сильно соскучилась и, немного поласкав своим ротиком моего "бойца", вновь, но уже сама, раздвинула свои ножки. Но теперь она не была просто как кукла, а отдавалась мне со всей страстью. Полагаю, вот так она решила "отомстить" своему мужу-изменщику!
Утром мы втроём отлично позавтракали, тут и вопрос - что же им делать? Ехать им некуда! Но я решил ихпроблемы с управдомом и участковым. Одному две бутылки "Столичной", а участковому "Арарат" и трофейный "Вальтер". Так тогда конечно сразу вопрос был решен - тогда моих "родственников" пропишут, дочка в школу, а вот Маша - работать учительницей. Жизнь продолжается! Ну а мне - в НИИ медпрепаратов, искать двух подруг, Ермольеву и Балезину. И увезти их в Ташкент - лучшая плесень получается именно на среднеазиатской дыне.
Выяснив всё, я оформил командировку и, проведя ещё одну бурную ночь с Машей, она вновь разрешала мне всё. Отомстила! Ну а утром выехал на местное строительство противотанковых рвов. Идиоты -это ничего не даёт!
Как я стал хорошей девочкой из плохого мальчика