его глотала, понимая, что хозяин этому обстоятельству будет доволен, а значит - будет ценить её ещё выше.
Закончив, Энтони, усталый, но довольный, сначала сам принял душ, а потом позволил это сделать Луизе. Душ был куда проще того, волшебного, и девушка вышла из него не такой довольной.
В каюте раздался странный громкий звон.
— Что это, тревога?! - забеспокоилась рабыня.
— Нет, не совсем. Скоро переходим в гиперпространство, - сообщил ей господин, - Так что пора погрузиться в глубокий сон.
После чего он откыл дверь специальной капсулы на полу и сначала уложил туда голую Луизу, а затем улëгся сам рядом с ней тоже полностью голый. Дверца капсулы закрылась и они погрузились в глубокий космический сон до самой матушки Земли.
Последней мыслью Луизы перед погружением в сон была мечта о новой яркой жизни в новом ярком мире!...
.....
И мечты имеют свойство сбываться. Хотя в первое время пришлось тяжеловато, особенно с родителями Энтони.
— Ты думаешь, я дурак?! - повысил при первой их после охоты встрече голос отец на сына, сверля глазами бывшую амазонку, выглядящую, как полноправная гражданка Земли, а не как положено секс-рабыне - в ошейнике и браслетах на запястьях и щиколотках с клеймом владельца, - Думаешь, эта дикарка не выдаст себя?! О чём ты думал, когда согласился на данную авантюру?!
Луиза же отметила про себя, как отец молодо выглядит, словно старший брат Энтони. И заметно крупнее и так немаленького сына. Но за себя она не беспокоилась. Женщина уже поняла достаточно местные порядки: пусть она и рабыня, но рабыня не официальная, а официально у неё есть хорошо заученная биография.
Да, теперь она не амазонка Лоис, воительница-лучница, страж поселения дикарей. И даже не рабыня с какой-нибудь унизительной кличкой, а Луиза Фредрикссон, уроженка славного города Гуанчжоу двадцати двух лет, дочь уважаемых, но трагически погибших при недавнем жутком землетрясении родителей, официальная невеста Энтони Гонсалеса, сына уважаемого члена Совета Императора Джованни Гонсалеса!... И теперь она стоит в его роскошном рабочем кабинете, обставленном в ретро-стиле середины двадцатого века.
— Я думал о нашей семье, отец, о продолжении рода, - нëс ахинею Энтони в ответ на претензии отца.
— Да, он... - попыталась было поддержать хозяина и жениха Луиза, но была грубо прервана Джованни.
— Молчать, животное! - взревел он и чуть не запустил в будущую сноху антикварным сьеклянным пресс-папье, но вовремя передумал и поставил дорогую, но бесполезную на место, - Скажи спасибо Розалии, матери этого недоумка, что тебя не отправили на удобрения, а решили принять в нашу семью!...
— Спасибо большое... - ответила Луиза, опустив глаза в пол и тихо ненавидя будущего свëкра, который проигнорировал её благодарность.
— А ты, - обратился Джованни к сыну, - родился в рубашке! Мне из-за тебя пришлось врать самому Императору, чтобы тот дал тебе, члену гильдии охотников, право жениться, словно ты ветеран Великого Восстания Колоний, а не пустоголовый маменькин сынок!
Энтони промолчал и Луиза поняла, что отец тут решает за всех. Хотя видно было, что её жених кипит от злости, но перечить суровому отцу не смеет. И она вдруг решилась на отчаянный шаг, чтобы закрепить привязанность Энтони к себе.
— Он не маменькин сынок! Энтони - великий воин и достойный уважения человек!... И... И мой любимый мужчина!
Джованни дослушал эту тираду, хмыкнул, посмотрел на Луизу хмуро и холодно, но спокойно обратился к сыну:
— Эн, твоя тупая дикая сука ведёт себя слишком дерзко. Видимо, она не понимает, где находится и кто с ней соизволит разговаривать. Или ты проведёшь с ней урок послушания здесь и сейчас, или этот урок преподам я.
Как найти работу мальчикам в Самаре