Его умелый язык работает с хирургической точностью, — То кружа вокруг чувствительного бугорка соска, то надавливая на него, то отступая, чтобы дунуть прохладным воздухом и снова вызвать приступ безумия. Вторая грудь не забыта, — его пальцы ласкают и щипают её, доводя ощущения до пика, до той грани, где боль уже неотделима, от наслаждения.
Его мелкие, влажные поцелуи поползли вниз, от груди. Он целует мой животик, с сексуальным чавканьем проходится языком, по пупочку и опускается ниже, к волосатому лобку...
В этот момент, я медленно начинаю уплывать, от наслаждения...
Где-то глубоко внутри, я понимаю, что это неправильно. Так нельзя! Я веду себя, как ветренная женщина, не способная сдерживать себя. Но боль, от измены мужа настолько велика, а сладкие ласки Руслана Марковича обладают чудотворным действием и им просто невозможно сопротивляться...
Руслан Маркович нежно, практически невесомо касается низа моего живота, задевая резинку моих простых трусиков.
— Ты потрясающая, Наташенька, — Шепчет прямо в мои трусики и указательным пальцем проводит, по тонкой полоски ткани, задевая набухшие половые губки.
— Руслан... — стону, извиваясь, как кошка от возбуждения.
Все тело горит и дрожит! Мне нужна разрядка!
— Пожалуйста, — молю Руслана Марковича, раздвигая ноги чуть шире и сгибаю в коленях.
— Тише, моя горячая девочка, — улыбается и поддев резинку трусиков стягивает их с меня.
Ткань медленно сползла по бёдрам, и я осталась перед ним обнажённой, уязвимой и такой желанной...
Руслан Маркович раздвинул мои ноги, ещё шире и вклинился между ними. Его взгляд, тёмный, почти чёрный от желания, скользнул, по самой сокровенной части меня. Его руки легли на внутреннюю поверхность моих бедер, мягко поглаживая, растягивая, открывая меня ему, ещё больше.
Он склоняется, над моими розовыми, уже влажными лепестками половых губ и касается кончиком языка...
Мм...м! Вою, от удовольствия вдавливаясь затылком в стену!
Дикий стон вырывается, из моей груди, — Дикий, хриплый, неприличный. Я сама пугаюсь этого звука, но сдержать его невозможно. Его язык, — горячий, влажный, невероятно живой, — касается эпицентра моей набухшей, истомлённой плоти, и мир взрывается в миллионе огненных искр.
Руслан Маркович не бросается на меня с жадностью. Нет, Руслан Маркович — Хирург. Его подход точен, выверен. Первое прикосновение, — лёгкое, пробное, всего лишь кончиком языка, скользящим, по самой чувствительной точки между набухших складочек половых губ. Я вздрагиваю, и мои бёдра сами собой дёргаются навстречу. Он усмехается, — низкий, довольный звук, который отзывается вибрацией прямо там, внизу.
— Моя голодная девочка, — шепчет он, и его дыхание обжигает кожу.
Он чуть ускоряет движения. Его язык выписывает, по моей плоти сложные узоры. То это широкие, плавные движения всей его поверхностью, смачивающие меня целиком, заставляющие скулить, от предвкушения. То, он сосредотачивается на маленьком, твёрдом бугорке клитора, водя вокруг него бесконечные, сводящие с ума круги, то слегка посасывая его.
Я полностью в его власти. Закрыв глаза, я отдаюсь потоку ощущений. Это нечто большее, чем просто физическое удовольствие. Это очищение. Каждым движением своего языка, он стирает память, о муже-предателе, о его гадких словах. Он заменяет унижение — «Боготворением», боль — «Наслаждением».
— Да... вот так... — выдыхаю я.
Руслан Маркович понимает без слов. Его язык работает быстрее, настойчивее. Он находит тот самый ритм, который заставляет моё тело выгнуться дугой. Внутри всё сжимается, и вот-вот взорвётся. Но, как только, я на грани, он отступает, переходя к нежным поглаживаниям внутренней поверхности бёдер, дав передохнуть, чтобы через мгновение снова наброситься с новой силой.
И тогда, когда я уже совсем теряю счёт времени, он добавляет пальцы.
Сначала один. Большой палец нежно давит на клитор, продолжая стимулировать его, в то время, как указательный
Романтика