округляются. Как?! Он помнит такие мелочи? А я... Я все эти годы была слепа и глуха.
— Но я была замужем, — Шепчу я, голос предательски дрожит.
— Я знал. И уважал твой выбор. Хотя каждый день, видя тебя, сходил с ума, от твоего смеха, от твоих рук, которые так уверенно держат хирургические инструменты... Это была пытка. Сегодня, когда я увидел, как он с тобой поступил... Я не смог сдержаться. Прости, если напугал тебя.
Руслан Маркович говорит так искренне, так горячо, что хочется верить каждому слову. Но внутри все сжимается, от страха.
— Руслан, все так быстро произошло... — Отвожу взгляд. — Я еще не развелась. У меня в голове каша. Я не могу вот так, сходу... Мне нужно время. Пережить все это. Понять себя.
Руслан Маркович не спорит. Просто смотрит на меня с такой нежностью, что хочется плакать.
— Я понимаю. Я не буду торопить тебя. Но и не позволю тебе ночевать, под одной крышей с этим ублюдком. Поехали, ко мне. Я даю слово, — Не трону тебя, без твоего желания.
Его предложение повисает в воздухе. Это так, по-взрослому. Так надежно. А я так устала быть невостребованной женщиной.
— Не тронешь? — Переспрашиваю.
— Нет, — кивает.
Мы начинаем одеваться. Это кажется нелепым и удивительно интимным после того, что было. Он подает мне мой бюстгальтер, я не могу застегнуть пуговицу на медицинском халате, — пальцы не слушаются. Он делает это за меня, его пальцы слегка задевают кожу на шее, и по телу бегут мурашки. Мы смеемся, над чем-то, болтаем на отвлечённые темы, вспоминаем забавные моменты с работы.
Смотрю на него и думаю: «А почему бы и нет? Я должна ночь напролет рыдать в подушку, из-за человека, который предал меня, когда рядом есть тот, кто годами хранил свои чувства? Это мой шанс! Мой выбор!».
Мы выходим из сестринской и словно проваливаемся в другой мир, — Мир суровой реальности.
В свете тусклой лампочки стоит Васька и что-то набирает в мобильном телефоне, рядом прижавшись, как напуганная овечка стоит практикантка Леночка.
— Наташка, ты здесь ещё? — Хмыкает Василий. — Я же тебе сказал домой ехать.
Я замираю, кровь стынет в жилах. Но Руслан Маркович выходит вперед. Он кажется выше и массивнее. Его голос режет воздух, как скальпель.
— Василий, а с чего вы решили, что можете указывать Наталье, что ей делать?
— Как это? — Глазами хлопает Василий. — Так она жена моя, Руслан Маркович.
— Василий, вы уволены. Немедленно. Ключи, пропуск. И чтобы духу вашего здесь больше не было. Я обеспечу вам такие рекомендации, что ни одна приличная клиника вас не возьмет. Ваша карьера в этой клинике закончена.
— Какого хера? — вспыхивает муж.
— А ты, — Руслан Маркович поворачивается к практикантке, и та бледнеет, — отчислена с практики. За не профессионализм и аморальное поведение. Думаю, с таким отзывом, о карьере медсестры можешь забыть.
— Нашла себе защитника, «Корова?», — Василий бросается на меня, но Руслан Маркович оказывается быстрее.
Раздается глухой удар. Васька, со стоном падает на пол, хватаясь за нос, из которого хлещет кровь. Руслан Маркович стоит над ним, холодный и страшный.
— Следующее оскорбление в ее адрес будет, для тебя последним, — Говорит он, со сталью в голосе.
Руслан Маркович берет меня, под руку и ведёт в сторону выхода. Я иду рядом с ним и не оглядываюсь. Сзади доносятся всхлипывания практикантки и ругань мужа, но они кажутся такими далекими, такими незначительными.
Руслан открывает передо мной дверь. Мы выходим на вечернюю улицу Санкт-Петербурга. Свежий
Репетитор