себе молодых любовников. В двух минутах от оргазма Нина Григорьевна неожиданно уложила меня на спину и уселась мне на лицо своей разгоряченной задницей, требуя, чтобы я проник в нее своим языком...
Фейсситтинг! О, да! Эта женщина знает толк в любви!
Я воткнул свой язык в ее волшебный тоннель и начал им вращать во все стороны.
Самый сексуальный орган человека, даже более сексуальный, чем мужской член, это язык.
Мало того, что с его помощью можно вести учтивые беседы, произносить волнующие стихи, петь песни и гимны, язык ещё может с невероятной скоростью танцевать и выделывать сумасшедшие пируэты и па
вокруг и внутри женского храма любви.
И получается, что это самое совершенное произведение природы: это и духовный орган, и сугубо плотский,
соединяющий в себе сразу оба начала. Язык - это и звуки человеческой речи, магия слов и образов, и бурление крови двух влюблённых, нежность и ласка, и самые безумные восторги любви...
Вскоре Нина Григорьевна сжала надо мной свои ягодицы... замерла... я почувствовал, как ее тело натянулось, как струна, как оно запело внутри... Женщина оргазмировала. И это был кайф!
— Какой ты умелый, Коленька!
Нина Григорьевна блаженно улыбалась, расположившись рядом со мной на коврике и обнимая меня обнаженной ножкой.
Мне показалось, что мой очередной рабочий день сложился весьма удачно.
...После этого случая я стал часто бывать у Нины Григорьевы. И вскоре привык к ее сладкому влагалищу, ротику, к ее горячим пальчикам. Ну что тут поделаешь, без любви женщина гибнет. Дважды в неделю я расстегиваю молнию на джинсах, она обхватывает мой пенис губками, приговаривая «ах, какой сладкий!», и с наслаждением сосёт его.
Я не знаю, почему, но ей так нравится брать в рот мой елдак...
Когда-то мне нравились девушки помоложе, постройней. Увы, они обращались с моим достоинством из рук вон плохо. А вот у Григорьевны получается на пять с плюсом. Теперь я приезжаю к ней дважды в неделю, чтобы вылизать её между ягодиц, отъебать её в мокрую пиздёнку, дать ей в рот, и чтобы на лице у неё затем сверкали брызги моего горячего мужского йогурта.
Несколько дней Вадима Петровича. Глава 4