меня с высоко поднятой головой, словно я дворецкий какой—то.
Затем вышла Милана, одетая, как бы сказали, по последнему писку моды: черное платье, обнажавшее ее верхнюю часть шеи и груди, обрезавшееся выше колен, чулки и черные башмачки. Дочь матери подобной.
— Прости, — произнес я, тормозя Милану. Девушка резко остановилась, вкрадчиво глядя на меня. Взявшись за ее руку, я отвел ее в сторонку.
— Поклянись мне, что этот вечер пройдет без эксцессов! — грозно произнес я, осматривая ее наряд.
Девушка лишь кивнула, резко дернув своею рукой, вырвав ее из моей хватки.
Ближе к шести вечера мы были на месте. Ресторан располагался в центре большого городского парка, в достаточно тихой, комфортной обстановке.
Не знаю, что думали сотрудники, но при виде, как мы выходили из машины, я чувствовал себя арабским шейхом, а девушек считал своими женами.
Наш стол располагался в закутке, где бы нам никто не мог помешать.
И, несмотря на это, официанты, обслуживающие нас, будто специально норовя, старались как можно чаще подойти к нам. Неудивительно, ведь Елена была словно модель американского порно, хотя и на Милану, казалось, кто—то поглядывал.
Крестная готовила классно, но ресторанная еда была выше всяких похвал.
— Шампанское, — раздалось у меня за спиной, когда к нам подошел официант с большой бутылью французского.
Чокнулись.
— За твоё девятнадцатилетние! — произнесла Елена, слегка покраснев. Вероятно, представляя, как сегодня ночью она будет меня поздравлять.
Я улыбнулся, прикусив нижнюю губу. Посмотрев на Милану, я заметил, что она отводит взгляд.
— За мою семью! — продолжил я, глядя на девушку.
Она чуть хихикнула, но, продолжая держать отстраненно.
Спустя некоторое время крестная встала из—за стола и позвала меня и Милану на фотосессию у стены, состоящей из живых цветов. Милана даже не ерзала, что было максимально странно. И фото получилось чуть ли не с первого раза.
Думаю, у фотографа было немало вопросов, почему моя мать, вернее, как он думал, обнимает меня так, будто я её любовник. Во всяком случае, для нас это было комично.
— Подожди, — произнесла девушка, уводя меня за руку. — Мы скоро вернемся, — ответила она матери, которая собиралась обратно к столу.
Милана завела меня в полумрак какого—то коридора, подальше от глаз других.
— Что происходит? — непонимающе произнес я, оглядываясь по сторонам.
— Ничего, — тут же отпустила она мою руку, но опять взяла её, положив себе на грудь, затем проведя её по своему платью вниз, к животу, и, наконец, положив на попу.
Она встала на мысочки, подтянувшись к моему уху: «Жду тебя вечером, у меня есть подарок для тебя». Игриво улыбнувшись, она пошла обратно.
«Вау», — подумал я. Но тут же задумался. Правильно ли это будет? Стоит ли рассказать Елене всё? Вероятно, это разрушит мои отношения с Миланой. Но сохранил с крестной, а может, рухнет всё.
С этими тяжелыми мыслями я шёл обратно к столику.
Крестная крутила бокал в руке, наконец поймав меня взглядом, она, отпив немного, встала и, подойдя ко мне, прижала руками к себе.
— Потанцуем? — легко произнесла она.
Я перекинулся взглядом с Миланой, не обращавшей на нас внимание.
— Конечно, — натянуто ответил я.
В главном зале начался медляк. Пожалуй, мы были самой колоритной парой на нём. Елена плохо годилась мне в матери, но и для просто подружки она была уже в возрасте. Я то и дело ловил на себе взгляды всех подряд. Вероятнее, мужики постарше завидовали мне, а помоложе удивлялись, где я подцепил такую милфу. Женская половина также не оставалась в стороне, свербя меня взглядом. Кто—то будто осуждал или же хотел быть на месте Елены.
ВИЙ 2