так покориться… Что-то внутри меня, само рвалось наружу. – Вы ошибаетесь, Госпожа. Она сделала это, чтобы спасти сына… Нашего сына. Я… Я согласен с её решением!
— Алень! Какой благородный алень! – она вновь расхохоталась. – Любоф-ф-ф! Любоф, аси-ся! Мой муж, идиот! Надо было тебя делать главой семьи, и он получил бы из Ангела достойного наследника. Что я в нём нашла, много лет назад? Ох, повеселили вы меня. Я прослушала ваши разговоры, и помню слова Ники. Что ты способен поступать в ущерб себе, если считаешь, что остальным от этого станет лучше. Не понимаю такой глупости, но уважаю… Уважаю…
Она сделала повелительный жест и широко развела колени. Это был понятный мне знак, и я устремился к распахнутой промежности. Бережно отодвинул в сторону кружевные трусики и припал губами к сочным складкам, привычно глотая поток мочи. Вкус был ещё не привычный, но всё остальное… Старательно слизал последние капли, смешанные с терпкими выделениями.
— Я редко меняю свои решения, - заговорила Госпожа, когда я поправил бельё и вновь уткнулся лбом в ковёр. – Но раз уж ты всё понимаешь… Вас неинтересно будет мучать! Мерзавец! Лишил меня такого наслаждения! Ладно… Продолжай пока работать с женой. Через неделю бухгалтерша даст показания. К этому времени они должны желать превратиться в моих рабов. Все трое! Вы уже неплохо продвинулись, потому можете параллельно разрабатывать питомцев Альберта. Они должны остаться здесь. Они ничего не знают, но муж не должен до них добраться.
— Всё понятно, Госпожа, - пролепетала Ника.
— Понятно, но не тебе! Я всё же хочу позабавиться. Передам твой контракт твоему мужу. Теперь он будет для тебя Господином. Надеюсь, достаточно строгим Господином, - женщина подняла носком туфли мой подбородок и сурово посмотрела в глаза. – Ты знаешь, что должен с ней делать. Иначе, возьмусь за неё сама!
— Как пожелает моя Госпожа, - растерянно пробормотал я. Вся ситуация вновь резко переворачивалась, и я уже запутался. И голова начала болеть…
Она протянула руку, я поцеловал тонкие ухоженные пальцы. Точнее, едва коснулся губами, на которых ещё оставался вкус мочи.
Женщина поднялась с кресла, и в этот момент дверь номера распахнулась. Елена Витальевна стояла, низко склонив голову.
— Госпожа, - прошептала она, когда женщина прошла мимо, не удостоив взглядом, и шагнула в номер. – Признаюсь, некоторые моменты вашего диалога были неожиданными. Антон…
Она указала на кресло и сама села напротив. Я всё ещё оставался голым, а Ника и Ангел оставались на коленях, но Елена не удостоила их взглядом. Как недавно её саму.
— Основную картину ты узнал вечером. С деталями ознакомишься позже, - сухо заговорила она. – В отсутствии Госпожи Зои подчиняешься мне. Ангел работает в отделе эксплуатации. Жить и питаться будет с ними. Если необходимо его задействовать, обращаешься ко мне заранее. Вы остаётесь в номере, изображая обычных постояльцев. Ника всегда была рабыней, но теперь она твоя рабыня. Ты – Господин для неё, и вести себя должен соответственно. В первое время - полный запрет оргазмов, ежедневные наказание, туалетное обслуживание, сон в строгой фиксации, прочие лирические мелочи. Надеюсь, помнишь, что она проделывала с тобой. Можешь не сдерживаться. Со своим предыдущим Господином она пережила такое, что и в кошмарах не приснится.
Покосился на распластанную на полу жену, пытаясь осознать изменения статуса. Только вчера не мог даже кончить без разрешающего жеста. Что теперь с этим делать? Елена продолжала сидеть, рассматривая меня. Я должен ещё что-то сделать? Или сказать?
— Госпожа Зоя оценила злую иронию своего мужа, - она указала взглядом на склонённую Нику. – Тебе выделят сучку,
Шлюха Вика