— обратилась она ко мне, подошла и холодной костлявой рукой потрогала мой лоб.
Впечатление было такое, словно рука смерти коснулась моего чела.
Сердце ёкнуло, и если не ушло в пятки, то в район живота переместилось точно.
Я изобразил на лице смирение и страдание одновременно.
— Может тебе, сынок, неотложку вызвать? Лоб горячий и нездоровый румянец, вон посмотри, как пятнами пошёл.
— Нет, спасибо, не беспокойтесь, всё нормально.
Старуха, похоже, не собиралась прислушиваться ко мне.
— Понимаете, Клавдия Григорьевна, у нас на работе не приветствуют больничные. Поэтому я взял отгул.
— Ах да, — согласилась старушка.
— Всё этот капитализм проклятый, все соки из трудового человека буржуи рады выжать. Лежи, поправляйся, дверь я сама запру, — прошамкала бабка, выходя из комнаты.
Послышался лязг замка. Похоже, ушла. Хорошо, что она не заметила женские полусапожки в прихожей. Ещё при первой нашей встрече старуха предупредила, чтобы я баб и друзей в квартиру не водил. Мол, «Садом и Гоморру» она не потерпит!
Я расслабился и минут пять лежал, глядя в потолок. Ну, Клавдия Григорьевна Банина, как ты меня напугала! Вот точно в КГБ тебе работать надо, и инициалы у тебя подходящие.
С бабкой разобрался, теперь надо переодеться. Открыл шифоньер, взял брюки — кстати, это были последние мои штаны. Ещё обувь надо купить.
Надо что-то сделать с ногтями. Достал пачку лезвий. Лезвием принялся соскребать лак с ногтей.
В летних сандалиях, другой обуви у меня не оказалось, я отправился в ближайший магазин бытовой химии.
Купил бутылку ацетона. Оттёр остатки лака с ногтей и пошёл покупать кроссовки.
****
Неделю у меня всё валилось из рук. Меня мучал вопрос: что же со мной произошло в гостинице?
Прошедшие события выглядели нереально, как сюжет второсортного кино. Зачем воровать мои вещи и заменять их женскими? В чём смысл этих действий? Где логика? Всё это походило на глупый розыгрыш. Иного объяснения я придумать не мог.
За прошедшую неделю мне никто не звонил, не присылал эсэмэсок.
Я успокоился, пришёл в себя и решил заняться поисками работы. Но кому нужен оператор-самоучка без аппаратуры? Посмотрел объявления в интернете, ничего подходящего не нашёл. Стал связываться с людьми, предлагавшими видеосъёмку: не нужен ли им помощник, имеющий кое-какой опыт работы?
Формулировка ответов была разная, но смысл был одинаков: «А не пошёл ли я...» Ну, в общем, искать работу в другом месте.
Дни шли, деньги таяли, а продукты заканчивались. Я сунулся в несколько организаций, устраивающих торжества, надеясь, что при личном контакте, как говорится, глаза в глаза, мне, может быть, и не откажут.
Увы, моим мечтам не суждено было сбыться. Вечером, после очередного отказа, я возвращался домой и увидел, как из супермаркета выбрасывают просрочку. Я наступил на горло собственной гордости и запустил руки в мусорный контейнер. Достал упаковку яиц.
За спиной услышал окрик:
— А ну положи и не лезь на чужую территорию!
Я оглянулся: на меня исподлобья смотрел мужик в замызганной робе.
— Пахомыч, чего орёшь? — спросил второй мужик, появившийся из-за контейнера.
— Вот пришлый припёрся.
— Так гони его в три шеи.
Рядом с Пахомычем нарисовался второй мужик. Он внимательно посмотрел на меня и неожиданно улыбнулся щербатым ртом.
— Студент, вон как жизнь-то повернулась. Все под Богом ходим. Ну что, смотришь, не помнишь меня? А я отлично помню: это ж ты мне сотню на опохмел отстегнул. Колян добро помнит.
И уже обращаясь к Пахомычу, Колян добавил:
— Ты студента не тронь, он пацан правильный.
Я вспомнил: действительно, со своей первой зарплаты я какому-то алкашу пожертвовал сто рублей. Странно, я его не запомнил, а вот он меня не забыл.
— Ну, коли так, — вступил в разговор Пахомыч. — Давай выпьем за знакомство, —
Вика. Первый опыт. (Апокрифы заведения фрау Дорт)