рукой вынул из неё бутылку, снял обвёртку, и, забрав из протягивающей руки штопор, открыл вино, затем наполнив разлил по большим бокалам, которые любезно удерживала в воздухе явно радостная хозяйка квартиры. Оставшуюся пустой бутылку заткнул пробкой, и в несколько проворотов вставил донышком обратно в предназначенную сегодня исключительно для этого вагину. Бросив короткое “ты свободна” хранительнице бутылки, я взял один бокал из рук обнажённой любимой и произнёс понятный нам двоим тост: “За волков!”. Услышав ответное повторение тоста, мы, чокнувшись перекрестили руки и выпили до дна. Хотя вино так не пьют, а не спеша пригубляют, нам же срочно требовалось избавиться от бокалов для продолжения занятия любовью. В конце концов, что для волков традиции? Где-то через полчаса мы перебрались в спальню, где в самых разных позах, с разным темпом, наслаждались друг другом до глубокой ночи.
Перед тем, как утром отвести их обеих до места работы, я любезно согласился воспользоваться ртом вчерашней горничной, пока моя спутница была занята глажкой своего делового костюма, одновременно с кем-то во всю обсуждая предстоящие рабочие дела по телефону.
Неизвестный в поезде