сын ей все рассказал, и сейчас она будет на учителя гневно орать, мол, совратила малолетнего. Лиза размышляла, брать ли трубку или та сама догадается, что абонент недоступен. В итоге, воспитание порядочной девушки не позволило ей слушать трель своего мобильника, и она нажала на зеленую трубку. Лиза была готова в воплям гнева и обвинениям, однако мама Данила была в восторге от того, что ее сын целый день не отходит от инструмента и играет произведение с чувством, с толком, с расстановкой. Ей было крайне любопытно узнать, что же такого сделала Елизавета Петровна, чтобы пробудить в нем неподдельную страсть к музыке. Лиза решила не рассказывать ей, что страсть он проявлял не только к музыке, но и к музичке. Через полчаса после того, как они кончили разговор, ей пришло сообщение с незнакомого номера: «Елизавета Петровна, я вас люблю. Давайте завтра встретимся». Несмотря на незнакомый номер, Лизе не стоило трудов догадаться, кто отправитель. Она решила сохранить педагогическую этику и не ответила.
От следующего занятия с Данилом она хотела отказаться, однако его мама написала ей, как сильно он переживает в преддверии грядущего концерта, и просила не бросать его в столь ответственный момент. Она заверяла, что сын восхищается ею и без нее не справится. Пришлось соглашаться. Впереди предстояли каникулы. В школе завал с уроками. И все же Елизавета Петровна выкроила время для своего индивидуального ученика. Они с его мамой договорились на то время, когда точно будет дома. И вот она стоит перед домофоном и набирает номер его квартиры. 69. Открыв дверь, поднимается на верхний этаж. Собирается позвонить, но дверь отворяется прямо перед ней. На пороге он.
— Добрый вечер, Елизавета Петровна. Рад Вас видеть. Проходите!
— Здравствуй, Данил. Я тоже рада. Как твои успехи? — сказала она, переступая порог и озираясь. — А где твоя мама? Она разве не дома?
— Она вышла в магазин. За пирожными к чаю. Кстати, Вам сварить кофе? — любезно предложил Данил, как будто и не было тех минут головокружительной страсти.
— Нет, спасибо, Данил. Давай сразу приступим к делу! — отрезала Лиза.
— А я его уже Вам приготовил, — мило улыбнулся ученик и, как только она разулась и повесила пальто, протянул ей чашку. На этот раз пенного сердечка не было. Обидно таки!
— Спасибо, это очень любезно с твоей стороны.
Они пошли в его комнату. Данил пропустил ее вперед, и Лиза буквально ощущала его взгляд на своих бедрах. В комнате воцарилось неловкое молчание, поскольку обстановка осталась прежней, словно она только что выходила и вновь вернулась на место преступления. Тишину нарушил Данил, сев за фортепьяно и начав играть. Играл он безукоризненно, пока не слажал уже в новом месте. Допив кофе, Елизавета Петровна подошла к нему сзади и показала, как надо. Он повторил, но вновь неправильно. Тогда, полностью погрузившись в роль педагога, Лиза положила свои пальцы поверх его и нажимала ими нужным образом.
— Какие у Вас сладкие духи! — поворачивая голову, произнес в сантиметрах от ее лица Данил.
Лиза попыталась отпрянуть, но он оказался проворнее. И вновь их губы и языки слились в поцелуе. На этот раз Елизавета Петровна боролась, отбивалась, но он был решительнее. Его руки лапали ее спину, поясницу, ягодицы. На мгновение Лиза вырвалась и поспешила к выходу, но он схватил ее со спины. Его ладони оказались у нее на груди, а его подростковая эрекция уперлась в ее зад. Она хотела закричать, но ей стало трудно дышать. Оставив одну руку на ее маленьких сисях, вторую он спустил на ее
Манекен