– Да понял я. Чего тут не понятного! Ладно спасибо бабушка, я пойду. До свидания! – фыркнул я ей напоследок и не оборачиваясь, двинулся в сторону дома, держа пакет в руке, тут же забыв о нём.
Закинув грибы в рюкзак, я не спеша пошёл по дороге, что вела к моему дому. Гнетущее состояние беспокоило меня ужасно. И что ждало меня в будущем, я даже не мог себе представить, запутавшись совсем в своих мыслях.
Перебирая в руках ключи, я все же всунул их в замок. Всё не решаясь отварить дверь, я все же распахнул её и войдя на порог, никого не застал там. По туфлям, что я увидел в коридоре, я понял, что нахожусь ни один в квартире.
Вообще-то мама была у меня «мировой». Её любовь ко мне, как к сыну была несколько черезмерной, что в своем роде только усугубляло моё непристойное поведение по отношению к ней. Мне было стыдно за себя, что всё ей придется рассказать о том, что меня исключат из универа. Ведь она явно не заслуживала этого, стараясь помочь мне, чтобы я хоть как-то получил образование, беспокоясь о моем будущем.
Но всё уже случилось и мне как-то предстояло сообщить ей об этом. Но как, я не знал.
В гнетущей тишине, я прошел к себе в комнату и отбросив рюкзак в угол комнаты, улёгся в одежде на кровать. Закинув ладони за голову, и задумавшись, как сообщить всё это маме, я невольно взглянул на рюкзак.
Вспомнив бабку и её грибы, я встал с кровати. Схватив рюкзак, я достал тот пакет, что она мне дала и просунув руку в него, вытащил из него парочку грибков, которые были похожи на опята, хотя они явно ими не являлись.
– Что это за грибы такие? Может эта бабка сумасшедшая и всё что она рассказала мне, туфта полная!? А может быть и нет! Мне надо проверить. От одного грибка вряд ли я отравлю маму с сестрой!? Чё смеяться!? – рассудил я в слух и оставив в руке один гриб, остальное убрал обратно в рюкзак.
С минуты на минуту должна была прийти сестра. Мама, в это время поди спала ещё, приготовив обед. Сестрёнка была у меня ещё та штучка. Как в прямом, так и в переносном смысле. Её ненависть к моей персоне, определялась любовью моей матери по отношению ко мне. Но сестру я обожал, в отличие от неё самой. Её груди четвёртого размера, воспаляли в моем сознании невообразимые иллюзии того, как я хотел бы их потискать. Но об этом и речи не могло вестись. Даже порой косой взгляд на неё, возбуждал в сестре такую страсть, что она готова была меня убить. Поэтому с ней мы не очень-то и ладили.
Да и мама меня прельщала своим телом, порой завораживая мой разум, представляя как мы с ней занимаемся любовью. Мне нравилось так думать о ней, хотя у меня и была девушка, до сегодняшнего дня. Но меня тянуло магнитом к ним и с этим я ничего поделать не мог.
Зайдя на кухню, мой взгляд упал на плиту. Там стояли две кастрюли и подойдя к ним, я открыл крышку у одной. Дым пара обрушился на меня внезапно и откочив, я почувствовал вкусный аромат супа. Не мешкая, я бросил это грибок в варево и он на удивление утонув, стал бурлить, вызывая огромные пузыри со дна кастрюли. Но через несколько секунд, тут же затихло. Решив, что всё прошло успешно, я закрыл крышку кастрюли. Всё это мне казалось конечно глупо, но хотелось
Я и Вика