собирается новая, ещё более сильная волна наслаждения.
Его ладони скользили по её бокам - то жадно сжимая грудь, то хватаясь за талию, удерживая в нужном ритме. Его член входил туго, с каждым движением растягивал её изнутри, и Настя ощущала каждое новое проникновение особенно остро, будто всё внутри стало теснее, чувствительнее, влажнее.
— Ах... да... - вырвалось из неё, стоило ему войти чуть глубже.
Настя уже не могла сдерживать ни крики, ни стоны - дыхание сбивалось, грудь тяжело вздымалась, соски тряслись в такт толчкам, скользя по его коже.
— Ещё... - просила она, сама подаваясь навстречу, цепляясь ногтями за его плечи. - Так... да...
Она чувствовала, как бёдра дрожат, живот втягивается с каждым движением всё глубже. Каждое столкновение тел сопровождалось влажным, насыщенным звуком - она слышала это хлюпанье, и оно только сильнее заводило её, стирая остатки стыда.
— Ах... еще... - стонала она, - ещё...
Толик наклонился к её шее, грубо провёл губами, впился в кожу, обжигая дыханием, прикусывая так, что она вздрогнула, запрокинула голову и выгнулась ему навстречу.
Он двигался в ней без пауз - иногда полностью выходил, а потом резко вонзал член обратно, до самого конца, и Настя каждый раз вскрикивала, выгибаясь под ним.
— Да... да... - срывалось с её губ в перерывах между стонами.
Его руки то сжимали её запястья над головой, то обхватывали плечи, будто не давали ей ни малейшей свободы, и от этого она возбуждалась ещё сильнее.
В какой-то момент он поднял её таз, чуть приподнял бёдра, чтобы войти под новым углом - и Настя застонала так громко, что на миг сама испугалась своего голоса.
— Даа... - выкрикнула она, чувствуя, как внутри всё напряглось, стянулось, мышцы сжали его особенно крепко, а голова закружилась от избытка ощущений.
Влажные звуки, хлёсткие толчки, жёсткие движения, её прерывистые стоны - всё смешалось в едином, бешеном ритме. Толик не сбавлял темпа, его толчки становились всё глубже и жестче, каждый новый удар отзывался во всём теле Насти, волнами разносился от живота до кончиков пальцев. Она уже не могла ни сдерживать стонов, ни думать - только принимала каждое его движение, цеплялась за него ногтями, выгибалась навстречу.
— Ах... да... Толик... - срывалось с её губ, когда он в очередной раз вонзился до конца, сдавил бедро, ещё глубже вжимаясь в неё.
Всё внутри Насти разом сжалось, волна захлестнула её с головой - оргазм накрыл резко, неожиданно, разрывая дыхание, сжимая мышцы, вырывая из груди крик.
— А-а-ах!.. - Настя выгнулась, спина дугой, бёдра задрожали, внутренние стенки судорожно сжимали его член. Она тряслась под ним, уткнувшись лбом в плечо, пока оргазм прокатывался по телу горячей дрожью.
Толик склонился ниже, поймал её губы в жёстком, требовательном поцелуе. Настя сначала ответила нерешительно - просто приоткрыла губы, позволяя ему проникнуть, впуская его дыхание и вкус. Но через несколько мгновений, почувствовав, как его рука крепко сжимает её шею и лицо, она сама распахнулась навстречу, стала целовать его глубже, жадно, царапая спину, отвечая на его страсть тем же жаром.
Он не останавливался - продолжал трахать её даже во время поцелуя, движения становились резкими, сбивчивыми, дыхание срывалось прямо в её рот.
Через несколько мгновений Толик застонал в поцелуе, его бёдра врезались в неё особенно сильно - он кончал в неё, выпуская вглубь горячие потоки спермы, не отрываясь от её губ. Настя чувствовала, как его семя наполняет её внутри, как он дрожит над ней всем телом, продолжая крепко держать.
Они слились в этом движении, в поцелуе, в разрядке - всё остальное на миг исчезло, осталось только их переплетённое, до предела возбуждённое
"Битва за Днепр" (анальная версия)