Дэн и Билл довольно быстро зашагали по улице к ресторану. Я прыгал на костылях, стараясь не отставать.
Глава 7
Когда мы добрались до ресторана, Билл выбрался из своего инвалидного кресла. После нескольких поворотов переднее трехколесное колесо коляски отвалилось вместе с прикрепленным к нему аккумулятором, а остальная часть кресла сложилась в довольно плоскую конструкцию. Он привязал кресло к ближайшей стойке для велосипедов и отнес переднее колесо с аккумулятором в ресторан.
Мы сделали заказ, и папа сказал: - Впечатляющее кресло-каталка. Никогда раньше не видел ничего подобного.
Билл кивнул. - Спасибо. Колеса легко снимаются и помещаются в одном из шкафчиков в кокпите. Сиденье обычно находится под палубой перед моим навигационным столом. Электрическое переднее колесо находится в другом шкафчике и заряжается от генератора переменного тока лодки.
Я спросил: - Прости за любопытство, но почему у тебя инвалидное кресло? Ты так хорошо передвигался на пристани.
Он кивнул. - Краткая версия длинной истории - травма позвоночника во время аварийной посадки моего вертолета в Афганистане. После нескольких лет реабилитации и установки некоторых хитроумных брекетов я теперь могу ходить, прихрамывая, и выполнять легкие палубные и докерские работы. Но моя выносливость на пределе. Только что пришвартовавшись, я совсем выбился из сил.
Папа сказал: - Подожди минутку. Ты в одиночку управляешь парусной лодкой после травмы позвоночника? Это замечательно!
Билл поморщился. - Не надо придавать мне слишком большого значения. Большая часть этого должна достаться людям получше меня. Я и представить себе не мог, что когда-нибудь смогу управлять яхтой после травмы. Но однажды добрый друг вытащил меня с этой вечеринки сочувствия и потащил на встречу парусного проекта "Раненый воин" в Сан-Диего. Я был поражен тем, насколько хорошо некоторые ветераны-паралитики управляли своими лодками с помощью нескольких хитроумных адаптивных модификаций.
Он помолчал и вздохнул. - Я встретил там нескольких других ветеранов, которые справлялись с гораздо более серьезными травмами, чем моя. Решающим моментом стало то, что я увидел полностью парализованного моряка, который управлялся с румпелем и убирал паруса на своей лодке, используя систему рулевого управления "глоток и затяжка". Я решил, что пришло время прекратить мое нытье и взяться за свою жалкую задницу.
Официант принес нам закуски, и мы попробовали превосходных местных моллюсков. Пока мы ждали основных блюд, Билл продолжил свой рассказ. - Затем последовали месяцы напряженной работы. Врачи и физиотерапевты в Лос-Анджелесской ветеранской больнице проделали замечательную работу, помогая мне подготовить тело к плаванию под парусом.
Принесли первые блюда, и мы принялись за еду. В перерывах между укусами папа спросил: - Как давно у тебя есть лодка?
Билл сказал: - У "Раненого воина" есть небольшой парк лодок в Сан-Диего. Я начал плавать на некоторых из них. Но через несколько месяцев мой брат Энди предложил мне обзавестись собственной лодкой.
Билл улыбнулся. - Я посмеялся над ним. Как я мог позволить себе парусную лодку? У меня не было ни работы, ни сбережений, а кредитный рейтинг был так далеко под водой, что понадобилась бы подводная лодка, чтобы найти его.
Он вздохнул. - Энди сказал мне не быть таким слабаком. Он навел справки и нашел местный фонд, который выделял ветеранам небольшие гранты на покупку их первых лодок. Они выделили мне несколько тысяч долларов, которых хватило, чтобы купить старый "Ванкувер-27" со сломанной мачтой, но крепким корпусом.
Я спросил: - Это та лодка, на которой ты только что приплыл? Теперь она выглядит просто великолепно.
— Ага. Потратив уйму времени и усилий, мы с Энди переименовали этот корпус и переделали его в "Ястреба", которого ты видишь сегодня.
Программа обмена