— Спасибо, – я покраснела, отводя взгляд. – Ты тоже неплох в свитере.
Он тихо рассмеялся.
Наше уединение длилось недолго - к нам на кухню ввалились два баскетболиста из команды Сергея, требуя пиццы и колы. Я бросился разворачивать коробки, наливать напитки и раздавать салфетки, пока они все не опрокинули.
Павел отступил к дверному проему, прислонившись к косяку, наблюдая за мной и за происходящим в гостиной. Я чувствовала его взгляд на себе, как физическое прикосновение, даже когда поворачивалась спиной. Он пил вино, изредка перебрасываясь репликами с Сергеем или кем-то из гостей, но его внимание всегда возвращалось ко мне. Каждый мой взгляд в сторону отца друга встречался с его пристальным, теплым, оценивающим взглядом. Это был наш тайный диалог, наша игра в немые намеки.
Через час шум достиг апогея. Музыка гремела, кто-то орал караоке в микрофон от приставки, смех стоял стеной. Я стояла у кухонного стола, мыла очередной стакан (двое гостей уже умудрились разбить по одному), когда Павел незаметно подошел сзади. Мужчина встал так близко, что я почувствовала тепло его тела через одежду и дыхание на моей шее. Сильная рука легла мне на талию поверх худи – легко, невинно и незаметно для постороннего взгляда, но для меня – обжигающе.
— Устала, моя помощница? – прошептал Павел мне прямо в ухо, его губы почти коснулись кожи, а пальцы слегка сжали мой бок.
Я вздрогнула, чуть не выронив стакан.
— Немного, – прошептала в ответ, чувствуя, как по спине пробежали мурашки, а между ног членчик стал медленно тяжелеть. Близость мужчины, его шепот в этом шуме – это было безумно возбуждающе.
— Отдохни минутку, – его рука скользнула ниже, едва заметно погладив мою поясницу, прежде чем убраться.
– Серега! – крикнул Павел громче, обращаясь к сыну, который пытался изобразить рок-балладу. – Я пойду в кабинет, отчет доделать. Не шумите слишком громко!
— Да без проблем, пап! – крикнул Сергей, не отрываясь от микрофона.
Павел незаметно кивнул мне, его взгляд сказал все без слов: Жду. Он вышел из кухни и направился по коридору к своему кабинету. Дверь закрылась не до конца, оставшись приоткрытой на ширину пальца – приглашение, ловушка, маяк.
Я вытерла руки и сделала вид, что иду в туалет. Сердце колотилось, как барабан. Я прошла мимо гостиной – никто не обратил внимания, все были заняты своими делами. Я подошла к двери кабинета, приоткрыла ее чуть шире и быстро, пока никто не заметил, скользнула внутрь, тихо закрыв за собой.
В кабинете царил полумрак, горела только настольная лампа, отбрасывая теплый круг света на стол. Павел сидел не за столом, а в своем кожаном кресле, откинувшись назад. Он уже снял свитер и остался в темной футболке, подчеркивавшей рельеф груди и плеч, а в руке держал бокал с вином. Его ожидающий и горячий взгляд упал на меня:
— Закрой дверь на замок, малыш, – прошептал мужчина. – На всякий случай.
Я послушно повернула маленькую задвижку, и в тишине громко прозвучал щелчок. Теперь мы были отрезаны от шума гостиной толстой дверью, но он все равно доносился приглушенным гулом, напоминая об опасности. Адреналин ударил в кровь, смешиваясь с возбуждением.
— Подойди сюда, – Павел указал на пространство между своими расставленными ногами. – Покажи, что скрывает этот мешковатый худи.
Я подошла, и он протянул руку, взял край моего худи и медленно, не сводя с меня глаз, стянул его через голову. Худи упало на пол, и теперь я была в простой белой футболке и джинсах. Но мужчина смотрел выше – на мою шею, где чернел шелковый
Эсмеральда