а чёрный кружевной чокер идеально дополнил композицию с чулками.
Золотистые локоны я собрала в высокий хвост, закрепив резинкой.
Когда я накинула пальто, его прохлада неприятно контрастировала с разгорячённой кожей. В зеркале отражалась девушка в облегающем пальто цвета индиго — оно едва прикрывало бёдра, обнажая верх чулок. Пришлось их аккуратно подтянуть.
Лишние вещи я запихнула в рюкзак и с трудом засунула за скамейку — пришлось немного поупражняться в переносе тяжестей.
Натянув медицинскую маску на лицо, я направилась к выходу. Возбуждённое тело предательски напоминало о себе — между бёдер ощущалась приятная влажность и лёгкое покалывание.
Прохладный ветерок играл с подолом моего пальто, его нежные касания ласкали обнажённые бёдра и лобок, вызывая мурашки по коже. С каждым шагом возбуждение нарастало — ноги слегка подкашивались, а навязчивый зуд между бёдер разливался горячей волной по всему телу.
Такси нашлось мгновенно. Уже через минуту я сидела на потрёпанном сиденье старенькой «Лады», направляясь к месту нашей сумасшедшей встречи. Путь лежал недалеко — не загород, а скорее в странный уголок центра, где городская цивилизация сдавалась под натиском частного сектора и ржавых гаражей.
Я рухнула на заднее сиденье и неловко закинула ногу на ногу. Подол пальто соскользнул, обнажив полоску кожи, мой взгляд встретился с глазами водителя с интересом рассматривающих меня.
Я поздоровалась, прервав его сканирующий взор.
— Здравствуйте. — ответил он мне пряча взгляд и тронулся с места.
Пару минут мы ехали молча. Я погруженная в свои мысли и в предвкушении того что случится сего, не обращала внимания на водителя.
— Там же одни гаражи… — вдруг раздался его голос.
— Что, простите? — машинально задала я вопрос, хотя все услышала с первого раза.
— Куда едем… Что там делать такой девушке как вы? — его глаза изучающе смотрели на меня сквозь зеркало, будто из параллельного мира.
— По работе еду, — ляпнула я первое что пришло в голову.
Он ухмыльнулся и перевел взгляд на дорогу, а на его лице отразилось то самое знакомое выражение: «А, понятно. Ну конечно, красивая, расфуфыренная, полураздетая, едет в глушь — ясно же, чем занимается».
И снова настала тишина.
Теперь мне стало стыдно что ли, что этот дядька принял меня за проститутку.
Но, несмотря на кажущееся осуждение, его глаза снова и снова скользили вниз — к моим ногам, к едва прикрываемым подолом пальто бедрам, к лацкану пальто, между которыми виднелась ложбинка груди. Он даже привстал на сиденье, будто пытался заглянуть глубже.
— Молодая ещё… родители знают? — спросил он с фальшивой строгостью, но голос дрожал.
Меня его вопрос смутил, и я уже хотела оскорбиться, но его голос выдал в его интерес, а может и возбуждение, и я не могла проигнорировать это.
Я улыбнулась, зная, что сейчас скажу то, что заведёт его ещё сильнее:
— А по-моему, такие как вы наоборот должны радоваться этому, или у вас не хватит денег? — с усилие воли я смогла сдержать дрожь в голосе и сделать уверенный тон.
Он резко переключил передачу, будто пытаясь взять себя в руки. Но через секунду его взгляд снова прилип к зеркалу.
— Или вы из «правильных»? — произнесла с максимальным сарказмом, который смогла наскрести в своей перевозбужденной груди.
— Нет – нет… Я не осуждаю, конечно, но… — он нервно постучал пальцами по рулю, — деньги-то платят нормально?
Вопрос выдал его с головой. Ему было не просто любопытно — ему хотелось верить, что я действительно та самая «девушка с пониженной социальной ответственностью». Чтобы было проще фантазировать.
— Может быть… — высокомерно ответила я и перевела взгляд задрав голову, словно он недостоин более моего внимания.
Моя Юляшка!!!!