с кресла, одёргивает юбку и подбирает с пола порванные трусы. – Может быть в другой раз, ковбой, а сейчас меня ждёт супруг.
Кокетливо виляя задницей, счастливая и помолодевшая, как старшекурсница, Марфа, цокая каблуками по асфальту, направляется в свой корпус, оставляя меня на сцене одного.
Аппаратура не убрана, да и Артурчика, тоже, нигде не видно.
«Блин, Егизарян, ну ты прикалываешься?!»
Я пытаюсь звонить, но мой товарищ не берёт трубку.
Ещё минут сорок, всё там раскоммутирую, убираю и только после, не прекращая ругаться себе под нос, плетусь к нашему домику, где, заходя на крыльцо, слышу хорошо мне знакомые, пьяные хихикания.
Секунду промедлив вхожу и вижу такую картину.
На столе открытый коньяк, пьяная Алёнушка, с бокалом в руках, у Артурчика на коленях, а мой братуха, облизывает таеный шоколад с её красивых маленьких сисек.
— Гром, ну где ты ходишь? Мы тут от безделия уже не знаем чем заняться.
— Я и вижу.
— Прости брат, ничего личного. Я проиграл этой сумасшедшей желание.
Алёна встала и поблёскивая, в свете лампы, своими излизанными сосками, зашла Артуру за спину и запустила руки в его расстёгнутые брюки.
— Ну это не совсем так. Твой друг, предлагал мне отсосать его кривую турецкую саблю и даже проверил пальцами, достаточно ли влажны для неё мои ножны.
— Развлекайтесь, я не против. – я завалился на свою кровать и равнодушно уставился в потолок.
— Ты, Юрочка, должен мне шоу, за ним, собственно, я и пришла.
— И чего же ты хочешь?
— Посмотреть, … чем ты занимался, когда прятался в предбаннике.
— Ну, тут не хватает ещё одной участницы, приводи её и мы сможем повторить.
— Фу! Гром, педофильская твоя морда! Меня интересует, что ты там делал до того как эта зассыха уселась на твой член и всё испортила.
— Тебе показать?
— Да, если тебе не трудно.
«Опять, сука! Да какого хрена с этой тёлкой всегда всё не по-человечески?»
Алёна, уже совсем снимает с себя платье, харкает себе на руку и крепко хватает Артура за член, от чего тот восторженно мычит и подаёт бёдрами навстречу.
— М-а-ама джан!
— Думаешь мне будет интересно смотреть как ты дрочишь моему другу?
Алёна, не прекращая стимулировать Егизаряна, игриво улыбается и как бы в удивлении, вскидывает брови.
— Что, совсем не возбуждает?
— Неа.
— А если так?
Бесстыдница, удостоверившись в том, что член Артура достаточно крепок, разворачивается к нему спиной, приспускает вниз трусики и раскрыв в предвкушении свой ротик, присаживается на кривой член моего армянского сослуживца, глядя мне прямо в глаза.
— Вот же сучка! Ты что творишь?!
— Что? Этого тоже не достаточно?
Расстёгиваю брюки и собираюсь уже вставать.
— Я в рот тебе сейчас дам, шлюшка!
— Не смей пихать в меня свой отросток без разрешения! Просто смотри, но не трогай руками, … понял ли?!
Утратив способность разговаривать, я нервно сглотнул, устраиваясь на кровати поудобнее. Благо видно и слышно мне всё было превосходно.
Никакого выбора, эта фурия, естественно, мне не оставила, а член, от такого зрелища, уже стоял как флагшток.
Ну и вот результат, картина маслом. Я сам себе наяриваю рукой, а девушка моей мечты, сладко постанывая, с совершенно блядской улыбочкой, гарцует верхом на члене моего друга.
Что называется, дрочу и плачу.
«Что же блядь дальше?»
В комнате пахнет сексом и алкоголем. Алёна, уставившись на меня в упор, скачет всё яростнее, сжимая свои грудки ладошками.
— Так тебе нравится?
Перевозбуждённый Артур, пыхтит как паровоз и наивно думает, что обращаются к нему.
— Вай, женщина, ты ещё спрашиваешь? Конечно, очень нравиться!
— Умолкни, я не тебя спрашивала! … Так как я тебе, Юра? Всё ещё хочешь жениться на такой?
Катя