в животе скрутило от голода. Ольга наложила себе какой-то салат, взяла мясную нарезку, сделала вид, что внимательно слушает тост одного из папиных приятелей, но краем глаза следила за Русланом. Парень был спокоен, невозмутим, словно ничего не произошло. Он перекинулся парой фраз с отцом, чокнулся с соседкой по столу, улыбнулся. Эта его отстраненность злила её больше всего. Хотелось кинуть в него чем-нибудь тяжёлым, разбить эту маску равнодушия.
После еды и пары бокалов вина ей стало легче. Она повернулась к Руслану и взяла его за руку.
— Я жду тебя у себя в комнате, - прошептала она, стараясь говорить как можно непринужденнее.
Руслан слегка приподнял бровь, но не ответил. Просто кивнул едва заметно. Ольга отпустила его руку и сделала вид, что занята разговором с мамой. Но сердце колотилось, как бешеное. Она не знала, чего хочет больше: чтобы он пришёл или чтобы он остался здесь, со всеми этими людьми, делая вид, что между ними ничего не было.
Под предлогом усталости Ольга попрощалась с гостями и поднялась к себе. Комната встретила её темнотой и тишиной. Она разделась, надела шелковый халат и села на кровать, ожидая. Время тянулось мучительно медленно. Каждый звук за дверью заставлял её вздрагивать. Она уже почти решила, что он не придет, когда дверь тихонько скрипнула и в комнату вошёл Руслан. Она встала.
Он закрыл дверь на замок и прислонился к ней спиной, оглядывая её. В глазах ни тени насмешки, лишь какое-то сложное, нечитаемое выражение. Ольга чувствовала себя обнажённой под этим взглядом, как будто он видел её насквозь, все её слабости и страхи. Молчание затягивалось, становилось невыносимым.
— Я одна не справлюсь, - выдохнула она, нарушая тишину.
Руслан оттолкнулся от двери и медленно подошёл к ней. Остановившись, он протянул руку и коснулся её щеки. Лёгкое прикосновение обожгло кожу.
— С чем не справишься, Оль? Тебе сложно сказать, что ты хочешь жить своей жизнью, что ты хочешь самостоятельно найти достойного человека, который будет тебя любить? Ты так боишься своего отца, что готова терпеть унижения?
— Со всем, Руслан. Со своей жизнью, со своими желаниями, с самой собой. Я запуталась, заблудилась, и не знаю, куда идти. Отец... он всегда решал за меня, всегда знал, как лучше. А я привыкла подчиняться, боялась разочаровать. Но сейчас... я понимаю, что это тупик. Я хочу свободы, хочу сама принимать решения. Но я не знаю, как это сделать.
Руслан молчал, продолжая гладить её щеку большим пальцем. В его взгляде было сочувствие, но не жалость. Он видел её страх, её неуверенность, но видел и потенциал, силу воли, скрытую под слоем предрассудков и чужих ожиданий. Он знал, что она способна на большее, чем просто быть красивой куклой в руках отца.
— Когда ты стала такой, Оль? - тихо спросил он. – Мы росли вместе, и я помню тебя совершенно другой. Сильной, готовой вести за собой, а не пресмыкаться.
Ольга опустила глаза, словно стыдясь своих слов. – Когда поняла, что быть послушной и удобной – проще. Когда увидела, что так легче получить одобрение, избежать конфликтов. Когда осознала, что мой голос ничего не значит.
Руслан вздохнул и нежно прижал её к себе, разглаживая шелковистые волосы. - Это не жизнь, Оль. Это существование в клетке, пусть и золотой. Ты достойна большего. Ты можешь быть счастливой, но для этого нужно перестать бояться и начать действовать.
Ольга прижалась к нему, вдыхая его знакомый запах. Ей казалось, что только в его объятиях она может почувствовать себя в безопасности, хотя ещё пару часов назад он был её главным врагом. Парадокс, но факт.
Новый Год в Калиновке - часть 10