Завернувшись в полотенце, как девочка с грудью, сел на краешек ванны.
«Надо теперь выйти, что-то спросить.
А что? Спрошу, чего это он утром дома.»
Пытаясь делать вид, что ничего не произошло, я вышел на кухню.
Я: — А ты чего дома?
Роберт: — Быстро приехал, нашел время зайти домой, поведать дочь.
Я: — Дочь... мы все еще играем?
Роберт: — Да, мы же договаривались...
Я: — Ну это скорее ты меня уведомил.
Роберт: - Да какая разница.
Я: - У нас есть выражение: одна дает, другая дразнит...
Роберт: - О, а какая ты?
Я чувствовал, что мое лицо начинает краснеть.
«Он пристает ко мне или просто прикалывается, мне как отвечать? И пример взять не с кого, мать моя послала бы сразу, фиг знает, как отец ее терпит. Ладно, а я какой хочу быть? Офигеть, а я какой-то хочу быть?»
Мои размышления прервал Папочка.
Роберт: - Ну ты чего зависла, я же не всерьез. Как на съемку съездила?
Я: - Очень круто, съемка какая-то нереально серьезная, столько людей, такой движ, я с каким-то футболистом снималась, меня хвалили. Видишь, волосы специально для съемки сделали.
Я вдруг понял, что до Роберта я буквально ни с кем об этом не говорил, а очень хотелось.
Роберт: - Ты бедняжка, что два дня ни с кем не говорила?
Я: - Да я не знаю, кому можно говорить, директриса сказала не распространяться – это так на меня давит. Слава богу, ты есть.
Роберт: - И что, если еще предложат, согласишься?
Я: - Конечно. У меня никогда ничего подобного не было.
Роберт: - Ладно, давай на обеде расскажешь, если захочешь.
Мужчина поднялся и уже в дверях кинул:
Роберт: - Милое сердечко.
И был таков.
Мое лицо буквально запылало жаром.
Повертевшись как собачка, пытающаяся поймать свой хвост, я пытался разглядеть объект его комплиментов.
«Да конечно видно, я вчера перед зеркалом попой вертел.»
Я: - ААА, зачем такие утры?
Искупавшись, приведя в порядок волосы, вернулся в комнату с кружкой дымящегося кофе.
«Так ладно, сейчас сильно наряжаться не будем, не перед кем, а вот на обеде надо будет и губки подкрасить, и глазки подвести. Главное, член спрятать, т.к. клетка приедет только после обеда. Надену трксики поплотнее.»
Есть желание идти в босоножках, а с ними, что бы я ни пытался надеть, хоть шортики, хоть сарафан, ножки выглядели изумительно.
Правда пришлось немного уменьшить длину шага, от чего казалось, что я пародирую какую-нибудь блондинку.
По привычке первым на очереди куратор, и я, ожидая его ожидать, направился к его кабинету.
Куратор: - Привет, Мишель, присаживайся.
Но он сам встретил меня у двери и проводил в комнату.
Куратор: — Чаю?
Я: — Давно хотел спросить, а у вас вообще принято отказываться?
Куратор: — От чего?
Я: — От чая, вы его всем предлагаете, а если я не хочу?
Куратор: — Не хочешь — не пей, не понимаю вопрос.
На экране телевизора сегодня крутился документальный ролик без звука.
Я: — Что, подписка на дурацкие мультики закончилась?
Куратор обернулся, взглянул на экран и сел на стул немного сбоку, между мной и телевизором.
Куратор: — А, ты про это. Не обращай внимания. Готова пообщаться?
Я: — Да, о чём?
Куратор: — Ну, я же отвечаю за коммуникацию, а она бывает вербальной и невербальной. Понимаешь?
Я: — Не знаю. Как это?
Куратор: — Ну, вербальная — это вот то, что я тебе говорю, а невербальная — то, что я показываю телом.
Я: — Это типа, ты вербально можешь говорить да, а головой качать нет?
Куратор: — Наверное, не думал об этом. Я сейчас о другом. Вот представь, прошла съёмка, ты надела свои наушники и погрузилась в заполняющие твои ушки, звуки музыки. Тело расслабилось, мысли начали плавно перемещаться
Мои случайные хозяева (Часть 1)