и мы вместе подняли Пенни и отнесли ее на диван. Я поставил ее с краю и перегнул через подушку мягкого подлокотника, уткнув лицом в диванные подушки. Задница торчала наружу. Это было идеально. Я мог видеть ее руки, извивающиеся в тугой веревке, скреплявшей ее запястья позади нее, но я знал, что на самом деле она не хотела ее ослаблять. Она издавала тихие горловые стоны. Я сел на диван у ее головы, и она немного приподняла ее, напрягая шею, чтобы посмотреть на меня. В ее глазах было что увидеть.
— Донни, пожалуйста, — выдохнула она. — Я не могу...
— Я могу развязать тебя, Пенни, — сказал я. — Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я отпустил тебя и пошел домой? Я могу это сделать. Просто скажи слово.
Долгое время она ничего не говорила. Очень долгий момент. Лицо ее перекосилось, губы дрожали. И о боже, эти глаза.
— Нет, — прошептала она наконец. — Нет, черт возьми. Нет.
— Она вся твоя, Брик, — сказал я.
Пенни всхлипнула, и ее голова упала на подушку, когда Брик подошел к ней сзади. Он поднял ее юбку до талии и стянул трусики, оставив их свернутыми вокруг веревок, связывающих ее бедра.
— Милая маленькая задница, — одобрительно хмыкнул он. Его член теперь был таким же твердым, как и прежде. Он раздвинул ее ягодицы, но, похоже, ему было трудно войти в нее. Всхлипы Пенни продолжались.
— Она чертовски узкая, — сказал тогда Брик. — Мне нужна какая-нибудь смазка.
Он вышел из комнаты и через мгновение вернулся с бутылочкой детского масла. Он обильно намазал им свой член и втер немного в ее задницу пальцем. Пенни ахнула.
— Так-то лучше, — кивнул себе Брик и ввел пенис внутрь нее. Пенни снова ахнула, затем ее голова вскинулась от боли.
— О боже, как больно! — она завопила. — О Боже! Перестань, мне больно, перестань!
Я— Я знаю, что это больно, — я протянул руку, чтобы погладить ее. — Я знаю это. Но что ты можешь с этим поделать, Пенни?
Она тяжело дышала и издавала стоны мучений, когда Брик проникал глубже в нее. Но, услышав это, на мгновение она как будто замерла. Ее глаза закрылись.
— Ничего, — выдохнула она так тихо, что я едва мог ее услышать. Потом она сказала это еще раз. — Ничего...
— Правильно, — подтвердил я. — Так что просто прими боль, Пенни. Ты не можешь остановить ее, так что просто прими ее.
И с этими словами я придвинулся к ней ближе, так что ее голова оказалась прямо у меня на коленях, я схватил ее за волосы и притянул ее лицо к себе. Мой очень твердый член вошел в ее круглый маленький тяжело дышащий ротик.
Пенни издала серию приглушенных криков вокруг моего очень твердого члена, в то время как Брук продолжал входить в нее. Но она не пыталась отстраниться от меня, даже когда я выпустил ее волосы. Брик стонал от удовольствия, погружая свой член в ее задницу, медленно трахая ее. Крики Пенни перешли в хныканье, а затем в тихие рыдания, и я почувствовал, как ее язык скользит по моему члену.
— Соси его, Пенни, — велел я ей, и она так и сделала.
— Боже, какая она тугая! — Брик задыхался, двигаясь теперь быстрее. — Ох, чувак, это такой кайф!
Его руки скользнули по ее телу, обхватив ее груди сквозь свитер. Он помял их пальцами, а затем сильно сжал. Тело Пенни дернулось, и она снова вскрикнула вокруг моего члена. На этот раз она отдернула рот, но я
Хвала цветку