Так продолжалось до конца декабря, когда на наш город обрушился снежный шторм. Когда мы вышли на работу, снега ещё не было. У нас была жуткая запарка по работе, мы не отрывались от компьютеров, документов, телефонов. Я вышел из офиса, что бы сходить на обед, и обалдел. Брат рассказывал, что у них на Курилах бывают тайфуны, это было что-то похожее. Снег валил с неба, ветер валил с ног, мороз минус пятнадцать!
Мы с несколькими коллегами вернулись с обеда, и погнали пугать остальных сотрудников с намёком, что нужно линять с работы, пока не поздно. Но начальство стояло на своём — отчётность должна быть сдана в срок. Только в начале третьего к нам зашла секретарь директрисы. Оказывается, город остановился в сугробах, ни какой транспорт не ходит, придётся добираться домой пешкодралом, начальство проявило о нас заботу, мы можем расходиться.
Я закрыл свой ноутбук, оделся и вышел из офиса. Анастасия с растерянным выражением лица стояла возле огромного сугроба, под которым оказалась её «Пежо». Я подошёл поближе, и сказал, что откапывать машину не имеет смысла — дороги не проходимы. Предложил пойти вместе пока не дойдём до места, где наши пути разойдутся. Я понятия не имел, где она живёт, но от офиса до развилки городских путей была общая для всех дорога. Настя согласилась, и мы двинулись в снежный плен. Когда дошли до развилки, выяснили, что нам и дальше по пути — мы оба живём на «Бульваре Пионеров». Только мой дом на пару кварталов дальше. Обычно я до работы утренним шагом дохожу минут за пятьдесят. Сейчас на дорогу до Настиного дома у нас ушло почти три часа.
Быстро темнело, мороз и ветер обжигали лица, мы брели по высоким сугробам, падали в них, помогали друг другу подняться, и перелезть через завалы... Состояние было такое, что хотелось присесть и передохнуть. Но только тогда на завтра тебя откопают холодным... Настя не жаловалась, хотя уже еле передвигала ноги.
Наконец мы добрели до её девятиэтажки. Мне предстоял ещё один рывок до своего жилья, но я же мужик, и отвечаю за коллегу. Я пошёл проводить девушку до её подъезда. Мы остановились перед дверью, я стал прощаться... Настя посмотрела в мои глаза, и помотала головой:
— Нет, Максим, я не могу тебя отпустить назад в снежный ад, ты ночуешь у меня! Это не обсуждается!!!
Её ультимативный тон и само предложение лишили меня дара речи. Настя взяла меня за руку, открыла дверь с домофоном, и потянула меня в подъезд. Я был настолько ошарашен, что шёл за нею, как на привязи.
Её квартира меня добила. Дом построен недавно, у Насти трёшка, комнаты огромные, одна кухня по площади больше, чем вся моя «конура»... И Настя живёт там одна!
Настя оказалась гостеприимной хозяйкой. Для начала погнала меня отогреваться под горячий душ. Выдала мне полотенце и банный халат, показала шампуни... Я согрелся и обмылся... Халат оказался реальным стебаловом. Белый с розовыми цветами. Девчачий! Я выполз в нём из душа, Настя глянула и стала хихикать... Следующей в душ пошла она... Вышла тоже в халате...
Потом был ужин. У Насти был готовый салат из морепродуктов и листьев салата. Она извинилась за то, что не ждала меня, и заказала своей домработнице лёгкий салатик на ужин. Бляха-муха, с кем я связался? У девочки даже домработница есть! При этом она была ко мне на позитиве. Постоянно вспоминала, как мы брели во тьме снежного шторма, падали и поднимали друг друга. По её словам я был её героем-спасителем...
Подчинение Ларисе